<<
>>

Что такое истина?

Мы живем в эпоху, которая делает проверку «истинно — ложно» не только основой успеха в обучении, но и предме­том одного из наших наиболее стойких (хотя и заслуживаю­щих порицания) видов развлечений — телевизионных игр.

По этой причине вызывает иронию такое обилие недоразу­мений, которое существует в отношении истины. Даже от разумных во всем остальном людей можно услышать вещи вроде: «У каждого своя истина», «Истина одного — это за­блуждение другого», «Истина относительна» и «Истина по­стоянно меняется». Все эти идеи подрывают мышление.

Если у каждого своя истина, то идея одного не лучше идеи другого. Все должны быть равны. А если все идеи рав­ны, то какой смысл в изучении чего-либо? Зачем вгрызать­ся в землю за ответами на археологические вопросы? Зачем выяснять причины напряженности на Ближнем Востоке? Зачем искать лекарство против рака? Зачем исследовать га­лактику? Эти виды деятельности имеют смысл только в том случае, если одни ответы лучше других, если истина — не­что изолированное от точек зрения отдельных людей и не­зависимое от них.

Рассмотрим, например, такой интересный, хотя не очень серьезный, вопрос: какие самые популярные названия улиц в Соединенных Штатах Америки? Если истина — вещь от­носительная, то любой ответ ничем не лучше другого. Один человек говорит: «Мэйпл», другой: «Рузвельт», третий: «Гро­ув» и т.д. Многие скажут: «Бродвей» или «Мэйн»1. (Продумав свой ответ, сверьте его со сноской внизу страницы2.) Если бы каждый ответ был в равной степени правилен, очень немногие люди заинтересовались бы этим вопросом. Между тем прогресс зависит от любознательности и заинтересо­ванности людей, тяги найти правильный ответ, желания узнать истину.

[1] [«Мэйпл» — кленовая, «гроув» — лесная, «бродвей» — широкая доро­га, «мэйн» — главная.]

2 Согласно информационной программе «60 минут» телеканала Си-Би-Эс, 17 сентября 1978 г. самыми популярными названиями были: на 1-м месте — «Парк» (авеню или стрит), на 2-м месте — «Вашингтон». На­звание «Мэйн» было на 32-м месте в этом списке, а «Бродвей» не попало в число первых 50 названий.

Истина — это то, чем нечто является, реальность пред­мета, отличная от того, каким люди желают его видеть, верят или утверждают, каким он должен быть. Под иным углом зрения, по словам гарвардского философа Израиля Шеффлера, истина — это взгляд, «по которому неизбежно в конце концов будет достигнуто согласие между всеми, кто его исследует». Слова «в конце концов» очень важны. Исследование может давать ложный результат в течение мно­гих лет, даже столетий. Хорошо известная и часто репродуци­руемая картина XVII столетия «Мужчина в золотом шлеме» на протяжении длительного времени считалась произведе­нием Рембрандта. Только совсем недавно было установле­но, что это произведение неизвестного современника Рем­брандта. Несмотря на то что многие поколения искусство­ведов объявляли автором этого произведения Рембрандта, истина оставалась неизменной.

В разные времена и в разных местах многие весьма при­чудливые идеи охотно принимались за истину: например, идея о том, что конский волос, помещенный в воду, пре­вращается в змею. (Даже Шекспир верил в это) Причина, почему люди обманывались, очевидна любому, кто наблю­дал, как в воде благодаря преломлению света любой пред­мет кажется движущимся.

Точно так же многие люди ошибочно верили, что ма­ленькие мухи, мотыльки и пчелы — детеныши больших осо­бей. И в истории медицины собрана коллекция интересных и часто диковинных методов лечения: например, чтобы вы­лечить головную боль, надевали на голову миску, обстрига­ли волосы вокруг миски, а затем волосы сжигали; чтобы вылечить боль в ухе, просили кого-нибудь сплюнуть в боль­ное ухо слюну с остатками жевательного табака; чтобы вы­лечить воспаление легких, разрезали живую курицу пополам и помещали обе половинки над легкими больного; и, чтобы вылечить слабое зрение, протыкали уши.

Сегодня эти идеи вызывают смех, и вполне заслуженно. Но важно понять, что наш смех говорит о том, что люди не создают истину. Если бы они ее создавали, как бы ученые могли проверять теории вообще? Само создание теории слу­жило бы свидетельством ее обоснованности, и любая тео­рия поэтому была бы в равной степени приемлемой. Но это, конечно же, абсурдно. Из повседневного опыта мы знаем, что некоторые теории оказываются точными, другие нет. Проверка обоснованности теории должна лежать за преде­лами теории как таковой.

Но если люди не создают своих собственных истин, что они делают? Они стремятся постичь истину и сконструиро­вать формулировки, которые, как они надеются, верно ее отобразят. Иногда это им удается, иногда нет. Писатель Гер­берт Уэллс обобщил вызывающую трудность этой задачи в простой метафоре: «щипцы нашего разума несовершенны и, пытаясь ухватить истину, немного ее приминают».

Изменяется ли истина когда-нибудь? Нет. Иногда может казаться, что да, но при ближайшем рассмотрении, ока­жется, что нет. Несколько лет назад, например, в глубинах Тихого океана была случайно обнаружена рыба ранее неиз­вестного вида. Мы можем подумать, что истина была в том, что такая рыба сначала не существовала, а когда рыбу нашли, истина изменилась. Но задумайтесь, насколько же глупа такая идея! Она просит нас поверить в то, что такая рыба не плавала в воде, а некий человек в батискафе «высмотрел» ее существование. Насколько разумнее поверить в то, что эта рыба существовала, но мы этого не знали — другими слова­ми, истинность данного предмета была той же самой до и после его открытия и только наше знание о нем измени­лось.

Рассмотрим совершенно другой пример — вопрос ав­торства первой книги Библии, Книги Бытия. В течение сто­летий и христиане, и иудеи были убеждены, что у этой кни­ги один-единственный автор. Со временем эта точка зрения была оспорена, и постепенно ее вытеснило убеждение, что к Книге Бытия приложили руку не менее пяти авторов. Затем были опубликованы результаты пятилетнего лингвис­тического анализа Книги Бытия, указывающие, что с веро­ятностью 82% у книги был один-единственный автор, как это и считалось с самого начала. Изменилась ли истина об авторстве Книги Бытия? Нет. Изменилось лишь наше убеж­дение. Возможно, однажды мы и получим окончательное сто­процентное доказательство, а может быть, как нераскрытое преступление, этот вопрос так никогда и не будет разрешен. В любом случае, истина не изменится ни от нашего знания, ни от нашего неведения.

Один простой способ избавиться от дальнейших недора­зумений в отношении истины — припасти слово «истина» для окончательного ответа на спорный вопрос. Выработайте привычку чаще пользоваться словами «убеждение», «тео­рия» и «современные представления». Это также поможет вам стать более расположенным к тому, чтобы пересматри­вать свои взгляды, когда появятся новые факты и заронят в вас зерно сомнения.

Задать вопрос врачу онлайн
<< | >>
Источник: Ружиэйро В.Р.. Мышление: пятнадцать уроков для начинающих авторов. 2006 {original}

Еще по теме Что такое истина?:

  1. Что такое trigger (триггер), или как аппарат ИВЛ узнаёт, что пора начать вдох?
  2. Что такое видеотренинг?
  3. Что такое мышление?
  4. Что такое „салат"?
  5. Что такое токсин?
  6. Что такое мнения?
  7. Что такое привычки?
  8. Что такое человек?
  9. Что такое интуиция?
  10. Что такое предрак?
  11. ЧТО ТАКОЕ БЕСПЛОДИЕ
  12. Что такое голод?
  13. ЧТо ТаКое ПаТриархаТ?
  14. Что такое невротический симптом?
  15. Что такое сон?
  16. Что такое ценные решения?
  17. ЧТО ТАКОЕ ВОЗРАСТНАЯ ПСИХОЛОГИЯ?
  18. Что такое антирезусные антитела?