<<
>>

Предисловие

Тони: «В свое время на втором курсе университета я как-то зашел в библиотеку и спросил, нет ли у них книг по теории мозга и о его практических возможностях. Библиотекарь, не раздумывая, направила меня в отдел медицинской литературы!

Когда я пояснил, что не собираюсь делать операций на моз­ге, а лишь правильно использовать его, мне вежливо ответи­ли, что подобных книг у них в библиотеке, по-видимому, нет.

Я вышел в полном изумлении.

Как и другие мои сокурсники, я пребывал в состоянии, из­вестном любому среднестатистическому студенту: растущее осознание того, что по мере роста учебной нагрузки твой мозг все более сдает позиции перед высокими требованиями к мышлению, творческому подходу, памяти, умению решать за­дачи, анализировать и "сочинять" в ходе письменных работ. Как и другие, я все чаще сталкивался с тем феноменом, когда отдача от учебной работы падает, несмотря на прилагаемые усилия, а временами и вовсе кажется нулевой. Парадокс за­ключался в том, что, как мне казалось, чем больше я конспек­тировал и учил, тем хуже был результат!

Логическим следствием обеих возможных в той ситуации стратегий действия являлся, как представлялось мне, тупик. Стань я прилагать меньше усилий, в разряд неусвоенной попа­дет масса важной информации, и, как следствие, провал на эк­замене. Продолжи я с еще большим упорством, - конспектируя более подробно и тратя на это все больше времени, - результатом явилась бы все та же обращенная вниз спираль успеха.

Ключ к подлинному успеху, рассудил я наконец, следует искать в ответе на вопрос, насколько рационально я исполь­зую свой интеллект вообще и мыслительные способности в частности, - осознание этого и привело меня в библиотеку.

Когда я вышел из нее в тот день, мне вдруг пришло в голо­ву, что проблема, с которой я столкнулся, не найдя нужной литературы, быть может, пришлась кстати. Поскольку таких книг еще не написано, я ступил на заповедную территорию, где есть подлинный простор для пытливого ума.

Я начал читать все, что мог найти, из специальной литера­туры. Это, как мне казалось, могло пролить свет на следующие основные вопросы, которые я поставил перед собой:

• Как научиться учиться?

• Какова природа моего мышления?

• Каковы приемы эффективного запоминания?

• Каков путь к творческому мышлению?

• Как овладеть техникой скорочтения?

• Каковы современные достижения в сфере развития общего мышления?

• Имеется ли возможность разработать новые приемы эффек­тивного мышления или, быть может, одну всеобъемлющую прикладную теорию?

Работая над ответами на эти вопросы, я принялся изучать

психологию, нейрофизиологию мозга, нейролингвистику, ки­бернетику, методы скорочтения и мнемонику, теорию воспри­ятия, теорию творческого мышления и общие науки. Со време­нем я понял, что более эффективной и производительной ра­боты мозга можно добиться, если дать возможность его потен­циальным способностям работать совместно, в помощь друг другу, нежели применять их как отдельные "инструменты".

Простейшие, на первый взгляд, приемы вносили самую впечатляющую лепту. Например, простое комбинирование двух кортикальных способностей, а именно речи и восприя­тия цвета, позволило мне коренным образом пересмотреть свой подход к конспектированию.

Конспектирование с добав­лением всего двух цветов в графику представления материа­ла более чем в два раза улучшило мнемонические характери­стики моих конспектов и, что еще важнее, внесло элемент раз­влекательности в процесс учебы.

Мало-помалу начали проступать очертания общей структу­ры, и, обретя первую уверенность в себе, я начал помогать, в порядке хобби, школьникам и студентам колледжей, которых по разным причинам в свое время отнесли к разряду "неспособных к учебе, безнадежных, неспособных к чтению, отсталых и трудновоспитуемых. Все эти так называемые горе-дети очень скоро достигли нормального уровня в учебе, а не­которые даже стали настоящими отличниками.

Девочке по имени Барбара как-то сказали, что коэффици­ент ее интеллекта, по результатам стандартного теста, был ниже всех, когда-либо регистрировавшихся в данной школе. После месяца тренинга, в ходе которого она училась учиться, коэффициент ее интеллекта вырос до 160, а впоследствии, на момент выпуска из колледжа, она была лучшей из лучших. Пат, необычайно одаренный мальчик из США, которого в свое время ложно отнесли к категории "неспособных к учебе", впоследствии сказал (после того как с блеском сдал целый ряд тестов на творческое мышление и память): "Я не был неспо­собным к учению — у меня просто не было настоящего учения!".

В начале 1970-х гг. на сцену выступил искусственный интел­лект. Настало время, когда я мог купить компьютер с жестким диском емкостью 1 мегабайт и в качестве приложения к нему - 1000-страничное руководство пользователя. Вместе с тем в тот, казалось бы, период расцвета цивилизации все мы рож­дались на свет, оснащенные самым что ни на есть удивитель­ным био-компьютером, в квадриллион раз более мощным, нежели любой известный человеку техно-компьютер, и где, спрашивается, были наши руководства пользователя?

Примерно в это время я решил написать серию книг, осно­вываясь на своих изысканиях, и назвать ее "Энциклопедией человеческого мозга и его возможностей". Я начал в 1971 г., и по мере работы горизонт передо мной становился все шире и яснее, - и все более четко вырисовывались контуры концеп­ций радиантного мышления и интеллект-карт.

На ранних стадиях разработки идеи интеллект-карт я пред­полагал применять их прежде всего как мнемонический инст­румент. Однако, после долгих бесед и споров, мой брат Барри убедил меня, что рассматриваемая методология найдет одина­ково важное применение в развитии творческого мышления.

Барри работал над теорией интеллект-карт с иных позиций, но его помощь необычайно ускорила работу над более общей концепцией. История его знакомства с рассматриваемой тео­рией поучительна и интересна, и лучше его самого рассказать ее не сможет никто».

Барри: «Я познакомился с идеей интеллект-карт, рождение которой дал Тони, в 1970 году, вскоре после того как сам обо­сновался в Лондоне. В то время идея лишь обретала контуры, только начинала жить самостоятельной жизнью, представляя собой разительный отрыв от традиционной линейной нота­ции. Она являла собой компонент значительно более обшир­ного подхода, предпринятого Тони, к выработке обучающих методологии и познанию возможностей человеческого мозга. Но я лишь косвенно участвовал в его разработках. Мое насто­ящее знакомство с методом началось в ту пору, когда я всерьез сел за свою диссертацию.

Привлекло меня, в отличие от Тони, в интеллект-картах не метод конспектирования, а вытекающий способ организации своих конспектов. Мне требовалось не только упорядочить большее количество исследовательских данных, но и прояснить собственные мысли по поводу такого, например, сложного по­литического вопроса, почему различным движениям, выступаю­щим за мир, почти всегда не удается достигнуть поставленных целей. Мой опыт применения интеллект-карт рекомендует их в качестве мощного орудия мышления, поскольку они позво­ляют обозначить основные идеи и затем без труда четко вы­явить взаимосвязи между ними. Интеллект-карты неизменно прекрасно справлялись с ролью промежуточной стадии между размышлениями и переносом мыслей на бумагу.

Я со временем осознал, что наведение моста между мышле­нием и письменным изложением представляет собой решаю­щий фактор успеха применительно к научно-учебной работе, например аспирантов. Многие из моих коллег были не в со­стоянии заполнить упомянутый разрыв. Приобретая все боль­ше и больше знаний о предмете исследования, они в гораздо меньшей степени оказывались способными свести все детали вместе так, чтобы ясно их изложить.

Владение техникой интеллект-карт поставило меня вне конкуренции. Важным приложением являлась возможность формулировать и оттачивать собственные мысли без прохож­дения через длительный процесс многократного редактирова­ния написанного. Отделив мышление от письменного изложе­ния, я научился думать с большей ясностью и широтой. Ко­гда наступало время садиться за письмо, у меня уже имелось четкое знание структуры и направления мыслей, от чего сам процесс их изложения стал гораздо проще и занимательнее. Я закончил свою диссертацию быстрее, чем за предписанные три года, вдобавок успел написать главу для другой своей книги, помог основать новый ежеквартальный журнал по вопросам международной политики и даже поработать редактором в нем, занялся всерьез мотоспортом и даже женился (построив совместно со своей будущей женой интеллект-карту, посвя­щенную нашим планам на совместное будущее). Все это спо­собствовало неуклонному росту моего энтузиазма по поводу метода интеллект-карт, особенно в части такого его приложе­ния, как содействие творческому мышлению.

Интеллект-карты по-прежнему занимают центральное ме­сто в моей научной работе. В немалой степени они способство­вали моей значительной плодовитости в написании книг, ста­тей и научных докладов. Более того, они помогли мне поддер­живать широкий профиль даже в областях, где огромные объе­мы информации заставляют других переходить на узкую специализацию. Я также отдаю им должное за то, что они позво­ляют мне четко и ясно писать все то, что касается теоретиче­ских вопросов, сложность которых обычно заставляет авторов ударяться в нечто неудобоваримое. Влияние, которое интел­лект-карты оказали на мою карьеру, возможно, наилучшим образом иллюстрирует то, как меня часто характеризуют люди, впервые встретившись со мной: "Вы гораздо моложе, чем я думал. Как только вам удалось столько написать за та­кое короткое время?"

Испытав столь сильное влияние идеи интеллект-карт на свою жизнь, я встал на путь ее активной популяризации, осо­бенно в отношении ее очевидного потенциала в деле развития творческого мышления, что является лишь частью более обширной прикладной программы, разрабатываемой Тони.

В конце 1970-х гг. Тони решил, что следует написать книгу, посвященную интеллект-картам, и обсудил со мной мою воз­можную роль в ее написании. На тот момент наши с ним под­ходы к интеллект-картам сильно различались. В ходе своей преподавательской и писательской деятельности Тони разработал широкий спектр приложений для концепции интеллект-­карты, приступил к тому, чтобы связать практический метод

с теорией человеческого мозга, а также сформулировал целый ряд правил корректного построения интеллект-карт. Будучи сугубо научным автором, я проторил гораздо более узкую до­рожку. При построении своих интеллект-карт я почти не придерживался какой-либо стройной концепции касательно фор­мы, почти не использовал цвета или объекты образного мыш­ления и вообще придерживался несколько иных взглядов на саму структуру используемых мной интеллект-карт. Я нахо­дил применение последним исключительно при написании научных работ, хотя временами, и с большой для себя пользой, использовал их в своей лекторской работе и менеджменте, когда мне доводилось этим заниматься. Я научился осмысливать продолжительные событийные ряды и использовать интеллект-карты для упорядочения и обеспечения потенциаль­ной жизнеспособности крупных исследовательских проектов.

Сотрудничать при написании данной книги мы решили по целому ряду причин. Одна причина состояла в том, что, соеди­нив наши два подхода, мы напишем более удачную книгу. Другая же — в том, что нас объединял пылкий энтузиазм в деле популяризации идеи интеллект-карт, стремление сделать ее доступной для всех желающих. Третьей причиной явилась неудовлетворенность, которую я испытывал из-за того, что все мои попытки научить студентов технике интеллект-карт по­терпели неудачу. Я убедился в правоте слов Тони о том, что учить людей следует не просто определенной технике или методике, но и самой манере мышления. Поэтому мне захотелось иметь книгу, которую я мог бы вручить человеку и напут­ствовать его словами: "Она научит вас мыслить и работать, по меньшей мере, как я".

Процесс работы над книгой был очень длительным. Он при­нял форму активного периодически возобновляемого диало­га, в ходе которого каждый из нас попеременно добивался того, чтобы один полностью осознал идеи другого. Около 80 % кни­ги — это заслуга Тони; вся теория мозга, связь между творче­ством и памятью, правила построения интеллект-карт, боль­шая часть описания метода, практически все учебные приме­ры и все, что касается связи с другими исследованиями. Текст, собственно, также его, поскольку созданием и редактировани­ем текста занимался он. Мой основной вклад состоял в при­ведении в порядок структуры книги; я также автор идеи, что подлинная сила интеллект-карт кроется в использовании ба­зовых порядковых идей. Помимо этого, я играл роль критика, провоцировал неординарные идеи, оказывал моральную под­держку и принимал посильное участие в генерировании идей.

Потребовалось немало времени, прежде чем мы прониклись пониманием мыслей друг друга и оценили их по достоинству, но постепенно достигли почти полного взаимопонимания. Пусть и медленно, совместное написание способно привести к созданию книги, отличающейся более широким диапазоном и глубиной идей, нежели могли бы создать те же авторы, работая самостоятельно».

Тони: «Построив за 15 лет независимо друг от друга соб­ственные интеллект-карты, мы затем собрались вместе, чтобы сравнить их и взять лучшее друг у друга. Тщательно проана­лизировав имеющийся материал, мы собрали воедино все идеи, потратили время на проведение параллелей с явления­ми, наблюдаемыми в природе, вновь независимо друг от дру­га "картировали" свои представления по поводу последующей стадии. В конце очередной стадии работы мы опять встрети­лись, чтобы сравнить свои идеи и двинуться дальше.

Интеллект-карта всей книги позволила составить для от­дельных глав аналогичные карты, положенные в основу логи­ки текста. Процесс нашей совместной работы придал новый смысл слову "брат", а особенно слову "братство". Описывая понятие коллективного разума, мы пребывали в плену чудного ощущения, будто мы вдвоем и представляли собой пример такого разума, который обнаруживал всесокрушающую силу соединения наших умов.

Мы надеемся, что, читая "Супермышление", вы ощутите то непередаваемое предвкушение открытия, счастье познания но­вого и восторг от творчества, от общения с безграничным внут­ренним миром ближнего своего, что пережили и мы».

Задать вопрос врачу онлайн
<< | >>
Источник: Бьюзен Т., Бьюзен Б.. Супермышление. 2003 {original}

Еще по теме Предисловие:

  1. Предисловие
  2. ПРЕДИСЛОВИЕ
  3. Предисловие
  4. ПРЕДИСЛОВИЕ
  5. ПРЕДИСЛОВИЕ
  6. Предисловие
  7. ПРЕДИСЛОВИЕ
  8. ПРЕДИСЛОВИЕ
  9. ПРЕДИСЛОВИЕ
  10. Предисловие
  11. Предисловие
  12. ПРЕДИСЛОВИЕ
  13. Предисловие
  14. ПРЕДИСЛОВИЕ
  15. ПРЕДИСЛОВИЕ
  16. ПРЕДИСЛОВИЕ
  17. ПРЕДИСЛОВИЕ
  18. ПРЕДИСЛОВИЕ
  19. Предисловие
  20. ПРЕДИСЛОВИЕ