<<
>>

Индивидуальное психологическое консультирование и психотерапия

Отсутствие официально утвержденных диагностических единиц является серьезной помехой для выявления и коррекции проблем, порождаемых традиционной мужской ролью (Берн, 2001). В справочнике DSM-IV (Diagnostic and Statistical Manual of Mental Disorders), выпущенном Американской психиатрической ассоциацией в 1994 г., не существует диагностических единиц, соответствующих мужскому гендерно-ролевому стрессу, мужскому гендерно-ролевому конфликту, компенсаторной мужественности и алекситимии.
П. Каплан (Caplan, 1991) предложила ввести для мужчин отдельную диагностическую категорию под названием «личностное расстройство бредовым доминированием» (delusional dominating personality disorder). Помимо всего прочего, эта категория включает в себя неспособность устанавливать и поддерживать межличностные взаимоотношения, неспособность распознавать чувства других людей и выражать свои чувства.

Однако создатели очередной версии справочника DSM, настаивая на включении в него ряда малоизученных специфически женских расстройств, при этом категорически отказались от рассмотрения соответствующей мужской патологии. Так или иначе, клиническим психологам и психиатрам необходимо обращать больше внимания на проблемы, создаваемые традиционными гендерными ролями, и тем самым помочь мужчинам развить новые для них навыки и, возможно, оспорить старые роли (Brooks, 1998; Gilbert, 1999; Good et al., 1990; Mahalik, 1999).

Гуд и его коллеги (Good et al., 1990) доказывают важность подхода, принимающего во внимание гендер, при работе со всеми пациентами. Этот подход включает в себя понимание того, как на пациента повлияли социализация и сексизм. Левант (Levant, 1992) добавляет, что такая терапия требует от терапевта понимания того, что в процессе лечения может возникнуть необходимость применять навыки или модели поведения, не соответствующие традиционной мужской роли, например открыто выражать чувства. О’Нил и Иган (O’Neil, Egan, 1992) предложили терапевту отправляться вместе с клиентом в «гендерно-ролевое путешествие», в ходе которого они разберутся в том, каким образом гендерные роли и стереотипы привели к негативным последствиям у них самих и у окружающих, добьются в конечном итоге изменений и раскроют глаза другим на опасности сексизма. О’ Нил с соавт. разработал план работы мастерских, которые должны облегчить это гендерно-ролевое путешествие (O’Neil, Roberts Carroll, 1987, 1988). Однако большинству клинических психологов, к сожалению, по разным причинам не удается сконцентрироваться на традиционных гендерных ролях как источниках проблем клиента (Kupers, 1993).

Кроме того, все указанные авторы говорят о специфических трудностях, возникающих в психотерапевтической работе с клиентами-мужчинами. Одна из наиболее часто упоминаемых трудностей такого рода заключается в несоответствии культуры психотерапии нормам маскулинности. Например, идеальные клиенты для психотерапии – люди эмоционально экспрессивные, спокойно относящиеся к неопределенности и собственной уязвимости и способные просить о помощи. В то же время процесс социализации создает у мужчины такие качества, как избегание эмоциональной экспрессии, слабости или чувствительности и стремление решать свои проблемы без посторонней помощи (Addis, Mahalik, 2003; Campbell, 1996; Good, Wood, 1995; Mahalik et al., 2003; Rochlen et al., 2002; Sharpe et al., 1995; Wilcox, Forrest, 1992).

В специальном выпуске «Журнала клинической психологии», посвященном практическим и теоретическим моделям исследования мужчин и маскулинности в клиническом психотерапевтическом контексте (Rochlen, 2005), достаточно подробно рассматривается современное состояние данного вопроса.
Во-первых, новые модели маскулинности и соответствующие методы исследования уже достаточно широко используются и в исследовательских программах, и в клинической практике (Brooks, Good,

2001; Smiler, 2004). Использование этих моделей и их понятийного аппарата может существенно помочь клиническим психологам как в интерпретации получаемых данных исследований, так и в практической работе с пациентами-мужчинами. Во-вторых, за прошедшие 20—30 лет сильно изменились представления о корреляции физических и психологических факторов с маскулинными качествами. Исследования, проведенные с использованием полоролевого опросника Сандры Бем (BSRI) (Bem, 1974), и теоретическая концепция андрогинии говорят, что маскулинность положительно связана с психологической адаптацией (Long, 1986; O’Herson, Orlofsky, 1990). Однако недавние исследования ведут к противоположному выводу о том, что маскулинные качества могут приводить к возникновению проблем в сфере и физического, и психического здоровья (Good et al., 2000; Hayes, Mahalik, 2000; O’Neil et al., 1995; Sabo, 2000).

Настоящий и следующий разделы данной главы справочника написаны по материалам книг: Карделл Ф.Д. Тренинг мужественности: Друг товарищу брат. М.: НФ «Класс», 2005; и Холлис Дж. Под тенью Сатурна: Мужские психические травмы и их исцеление / Пер. с англ. М.: «Когито-Центр», 2005.

Дж. Холлис (2005) предлагает организовать процесс психологического консультирования (психотерапии) по поводу проблем, порождаемых традиционной мужской ролью, на основе работы с восемью аспектами психологической жизни мужчин, которые он называет «мужскими тайнами». Исходя из собственного психотерапевтического опыта, он делает вывод, что иногда мужчина хорошо осознает эти аспекты уже с детства, но часто именно терапевтическая беседа способствует извлечению их на поверхность.

Вот эти восемь мужских тайн:

1. Жизнь мужчины, как и жизнь женщины, во многом определяется ограничениями, заложенными в ролевых ожиданиях.

2. Жизнью мужчины в большой степени управляет страх.

3. Фемининность в мужской психике обладает огромной властью.

4. Мужчины хранят молчание, чтобы подавить свои истинные эмоции.

5. Травма неизбежна, так как мужчины должны покинуть мать и психологически выйти

за рамки этой привязанности.

6. Жизнь мужчин полна насилия, так как насилию подверглась их душа.

7. Каждый мужчина очень тоскует по отцу и нуждается в общении со старейшинами своего сообщества.

8. Если мужчина хочет исцелиться, ему нужно мобилизовать все свои внутренние ресурсы, восполнив то, что он в свое время не получил извне.

В современном мире основной задачей и ценностью мужчины является защита своего дома и материальное обеспечение семьи. Эти роли заслуживают уважения, однако это всего лишь социальные роли мужчины, а не его подлинное Я. Общество не поощряет мужчин заниматься внутренним поиском и прислушиваться к зову собственной души. По социальным меркам он может быть успешным человеком, но при этом глубоко внутри сознавать, что на пути к успеху потерял свою душу. Сегодня очень многие мужчины по-настоящему не верят в то, что привлекательная жена, отличная машина и отпуск на солнечном морском берегу – это все, что имеет в жизни ценность. Но большинство мужчин по-прежнему работают ради таких поверхностных ценностей, потому что не знают, что существуют и другие. Чтобы у мужчины начался процесс исцеления, он должен пойти на риск: стать честным по отношению к самому себе и разрешить себе переживания, которые раньше он считал неприемлемыми. Он должен позволить себе признать себя несчастным, несмотря на все свои успехи; допустить, что не знает себя, и понять, что ему нужно делать, чтобы себя спасти; преодолеть страх, препятствующий появлению мыслей о том, что ему придется изменить свою жизнь, если вырвется из бутылки джинн его эмоций.

Благодаря смелости женщин, выражавших протест против традиционных ролей и социальных институтов, отрицающих равенство, сегодня мужчины могут свободно раскрыть свою первую тайну: их жизнь тоже ограничена определенными социальными ролями. Женщины первыми встали на путь, ведущий к освобождению. Вполне понятно, почему многие мужчины сопротивлялись освобождению женщин: они не только чувствовали, как что-то от них уходит, но и думали, что их вполне устраивает исполнение строго определенного набора социально-половых ролей. То, что их роли содержали в себе элемент притеснения, большинство мужчин просто не осознавали, пока женщины не заставили их внимательнее на себя посмотреть.

Среднестатистический мужчина по-прежнему с отвращением относится к осознанию себя, пока жизнь не заставляет его измениться, а изменение всегда вызывает тревогу. Но когда он понимает, что изменения, сопровождающиеся тревогой, предпочтительнее депрессии и ярости, вызванных ограничениями, изменения начинают казаться привлекательными.

Совершив внутреннюю работу, мужчины смогут новыми глазами посмотреть на окружающий мир. Большинство мужчин ищет самоутверждения во внешней деятельности, но они все равно не чувствуют своей значимости, даже если достигают успеха. Эта деятельность нужна для утверждения своей идентичности, если мужчина не проделал внутренней работы индивидуации. Чтобы он мог исцелиться, ему нужно возобновить душевное странствие.

Мужчины растут, не доверяя друг другу, поскольку изначально попадают в условия конкуренции и должны соревноваться между собой. Часто мужчины сводят свои отношения с женщинами исключительно к сексуальности, но они также боятся любить друг друга, чтобы не сексуализировать свои отношения. Гомофобами могут быть даже гомосексуалисты, поскольку и они иногда испытывают сильный страх перед мужчинами. Внешние физические проявления мужского партнерства допустимы на игровом поле. Мужчины могут обниматься, дружески хлопать друг друга по плечу, держать за руки, могут даже вместе рыдать после матча в раздевалке. В бою мужчины могут стать кровными братьями. Наверное, это редкое ощущение единства возможно потому, что такие условия требуют преодоления индивидуального Я во имя общей цели, но, может быть, еще и потому, что эта ситуация позволяет мужчинам ощутить свою мужскую природу, но не угрожает маскулинности и не создает двусмысленности. Но когда обстановка не столь душевна и экстремальна, старые сомнения и неоднозначность снова дают о себе знать.

У мужчин чрезвычайно мало трансцендентного общения, за исключением спорта и войны. Близость между мужчинами обычно поверхностна, в отличие от близости между женщинами. Подавляющее большинство мужчин скорее умрут, чем станут обсуждать свои страхи, свою импотенцию, свои хрупкие надежды. Они возлагают бремя своих эмоций на женщин.

Мужские отношения чаще всего поверхностны, их объединяет бизнес, спорт или хобби.

За исключением этих регламентированных типов отношений у многих мужчин очень мало контактов с другими мужчинами (если они вообще есть). У мужчин почти не встречается открытость и доверительность без какой-то практической цели; у них существует набор правил приемлемого поведения в обращении с другими мужчинами. Мужчинам нужны более глубокие контакты с другими мужчинами и освобождение от гомосексуальных страхов. Им нужно переучиться, а возможно, заново научиться свободно и нежно общаться с другими мужчинами. Такие контакты нужны, но мужчины привыкли думать, что это не отвечает их истинным интересам. Внушенные в детстве установки очень сильно проявляются в повседневной жизни. Они не способствуют росту, а лишь усугубляют внутренние страхи.

Один из запретных личных вопросов касается сексуальности. Мужчинам с развитыми женскими чертами – мягким тоном, чувствительностью и креативностью – живется крайне трудно. Является он гетеросексуалом или нет, его жизнь все равно сложна, потому что он иной. Наличие этих качеств у мужчины не означает, что он гей. Некоторые геи демонстрируют традиционно мужской образ поведения. Многие мужчины подчиняются запрету на свободное выражение своей чувствительности, даже если она присуща человеку. Общество связывает близость исключительно с сексом, не оставляя места для открытости и незащищенности, которые считаются неестественным для «нормального» мужчины.

Чтобы преодолеть запрет на интимную близость друг с другом, мужчины должны отказаться от деструктивных моделей поведения, которые заставляют их хранить дистанцию. Мужчине нужна верная информация, чтобы реалистично увидеть свое положение. Ему необходимо столкнуться со своими воспоминаниями, чтобы преодолеть страхи. Эти страхи рождаются там же, где рождаются любые другие предрассудки, которые заставляют отрицать часть своей человеческой природы и проецировать ее на внешний мир. Мужчинам нужно вспомнить свои мальчишеские привязанности и понять, что эти отношения были настоящими и ценными. Некоторым посчастливилось на долгие годы сохранить близкую дружбу с другими мужчинами, несмотря на давление общества, диктующего свои нормы. Если мужчина научился поддерживать глубокие отношения с другими мужчинами, он обнаружит, что это снижает и напряженность в отношениях с женщинами.

Жизнью любого человека в той или иной мере управляет страх, но у мужчин существует глубокая внутренняя установка не позволять себе его осознавать. Женщины в нашей культуре гораздо честнее относятся к своим эмоциям. Мужчины боятся власти матери и стремятся либо доставлять женщинам удовольствие, либо властвовать над ними. Они боятся других мужчин, так как в отношениях с ними приходится брать на себя конкурентные роли; другой мужчина воспринимается не как брат, а как враг. Мужчины испытывают страх, поскольку знают, что мир огромен, опасен и непознаваем. Внутренне они ощущают себя как дети, переправляющиеся на ненадежном корабле через бурное море. Конечно, женщины тоже об этом знают, но они могут позволить себе бояться.

У мужчин есть ложное представление о том, что они не должны бояться и что им необходимо покорить природу и самих себя. Несомненно, мужчины способны на смелые и рискованные поступки, но вместе с тем каждый из них испытывает страх, что он не настоящий мужчина, и стыдится этого. Исцеление мужчины начинается в тот день, когда он готов стать честным с самим собой, когда он может признать, что его жизнь подчинена страху, когда он может отбросить свой стыд, который грозит его поглотить. Для исцеления мужчины требуется, чтобы он перестал стесняться своего страха. Для мужчины признать, что в его жизни присутствует страх, – значит рискнуть перестать ощущать себя мужчиной и ждать, что его начнут стыдить окружающие. Есть страх несоответствия образу мужчины, его составляют соперничество, отношения «победитель-проигравший», результативность как мера состоятельности мужчины. По существу, многие мужчины больше боятся болезни, недееспособности и импотенции, чем смерти; они больше боятся не пройти испытания, потерпеть поражение, чем умереть. Импотенция, любая форма бессилия для них хуже смерти. Страх и бессилие, о которых невозможно поговорить с товарищами (из боязни стыда), заставляют искать компенсации. Мужчина, который хвастается своей дорогой машиной, большим домом, хорошей должностью или статусом, в той или иной мере компенсирует ощущение собственной малой значимости. Стремление к власти – основная движущая сила в жизни мужчин. Он побуждает их к действию и ранит или заставляет причинять травмы другим, что вызывает печаль, сожаление и стыд, а также все больше изолирует мужчину от окружающих.

Ролевые ожидания и скрытые страхи мужчин дорого им обходятся. В среднем европейские и американские мужчины живут на восемь лет меньше женщин (у российских мужчин разрыв еще больше). Вероятность подвергнуться насилию и совершить самоубийство у них в четыре раза выше, они в одиннадцать раз чаще попадают в тюрьму.

Если составить список самых распространенных мужских страхов, он будет выглядеть примерно так:

– страх облысеть;

– страх, что «не встанет»;

– страх провала или успеха;

– страх не понравиться, не быть понятым, не быть услышанным;

– страх одиночества;

– страх смерти;

– страх перед чувствами;

– страх обнаружить перед другими свое истинное Я.

Самый глубинный страх – это не страх смерти или отвержения, а страх рождения. Отто Ранк, один из выдающихся учеников Фрейда, считал рождение на свет самой страшной травмой, последствия которой сказываются всю жизнь и порождают самые глубокие внутренние конфликты. Есть реальное физическое рождение – выход из утробы на свет. И есть другой тип рождения, который вызывает страх, в особенности у мужчин, «рождение изменения», смерть представления о том, кто они есть в действительности, освобождение от фантазий о том, как мужчины себя представляли. Это называют духовной смертью Эго или трансформацией, трансцендентным изменением. Пока мужчины пытаются поддерживать контроль, не выпускать наружу воспоминания детства, смешанные с болью, страх будет возвращаться и преследовать их во сне и наяву. «Маленьких мужчин» сызмальства учили быть сильными и бесстрашными.

Большинство мужчин не имеют возможности выбирать, двигаться ли им в направлении истинного Я или смириться с тем, что из них делают. Их пути жизни и роли определились еще тогда, когда они не были достаточно взрослыми и не могли выбирать. Они охотно приняли свою роль, хотя внутри оставались сомнения. Мужчина не должен сомневаться в том, что ему надлежит делать, он просто должен действовать.

Существуют некоторые техники работы со страхами, которые позволяют превратить страхи в ресурс изменения личности (Карделл, 2005).

1. Подружись со своим страхом, поскольку иногда страх может оказаться главным союзником и другом, подобно шестому чувству, предупреждающему об опасных ситуациях.

2. Знай разные типы страха. Сядь, подумай и создай список всех типов своих страхов. Расположи их в колонки: чудовищные страхи, разумные страхи, прошлые страхи (из детства и отрочества), будущие страхи, нынешние страхи и смехотворные страхи. Затем выдели отдельную колонку для неизвестных страхов. Выбери из этого списка три страха, которые ты хотел бы подробнее рассмотреть, чтобы больше о них узнать.

3. Осознай свое мужество. Составив список своих страхов, сделай еще один список – своих дарований и черт характера, демонстрирующих мужество и уверенность в себе. Это позволяет выявить навыки и ресурсы, которые мужчины или считают очевидными, или начисто отрицают из-за негативного влияния страха.

4. Определи ситуации, которых ты боишься, и ситуации, в которых ты демонстрируешь мужество. Опиши три обыденные ситуации, которых ты боишься, и еще три, в которых ты демонстрируешь мужество. Это могут быть ситуации общения с начальником, коллегами, женщинами, друзьями, полицией, собственными детьми и т.п. Как ты ощущаешь себя в этих ситуациях? Что происходит с твоей самооценкой? Осознай, как это соотносится с повседневным опытом общения.

5. Выясни, как ты делаешь, чтобы другие боялись тебя. Из-за того, что мужчины часто привыкают к собственной агрессивности, вспышкам гнева или спокойствию и уходу в себя, окружающие чувствуют себя неуютно. Это может травмировать людей, усиливать их страх и вызывать воспоминания о ситуациях, когда другие вызывали их смущение или страх.

6. Будь собой и позволь другим быть собой. Каждый человек испытывает желание и потребность быть самим собой. Жизнь в обществе, формирующем людей по стандартному предсказуемому и управляемому образцу, требует борьбы за самоосуществление. Когда человек честен перед собой, доверяет своей интуиции и ощущает тесную связь с другими, у него появляется основа для личностного роста.

7. Поднимись над манипуляцией. Манипуляция людьми ради удовлетворения собственных потребностей стала второй натурой для мужчин, изголодавшихся по любви и сохранивших детскость во взрослом возрасте.

8. Помни, что ты живой человек, а не машина. Множество мужчин усвоили расчетливый подход к жизни. Они измеряют и рассчитывают все и вся. Все должно соответствовать некой готовой формуле. Если этого не происходит, они начинают тревожиться. Но лучше быть чутким, гибким, верящим и открытым к другим человеком.

9. Вернись к здравому смыслу. Хотя каждый человек уникален, у него есть общие корни с другими людьми. Стоит прислушаться к себе и найти свое место в окружающем мире.

10. Прислушивайся к сигналам своего тела. Остановись, сделай пару вдохов и скажи себе: «Я – тело». Повторяй это спокойно вслух и про себя. Позволь любым мыслям, чувствам, воспоминаниям или образам проникнуть в сознание. Затем закрой глаза и проделай все по второму разу, дав волю всему: чувствам, мыслям, воспоминаниям, движениям и т.п. Далее вообрази себя в обыденной ситуации: на работе, дома или в транспорте, вновь повторяя: «Я – тело». Осознай каждый образ или воспоминание, отмечая, когда возникло ощущение разделения. Представь, что ты работаешь в авральном режиме, чтобы успеть сдать работу в срок – как тут мешает собственное тело? Вслушайся в телесные ощущения. Что происходит? Можно изменить образ тела, концентрируя внимание на прежних ощущениях, привнося их энергию в теперешние чувства, которые вызывают релаксацию и интеграцию.

11. Прими свои чувства. Вспомни какой-нибудь случай за последние две-три недели, когда ты сердился. С кем ты был и что происходило? Что вызвало гнев? Сосредоточься на этом моменте и определи, если сможешь, какие еще чувства там присутствовали. Огорчение? Страх? Смущение? Боль? Можно ли обнаружить радость или возбуждение среди других чувств? Какое чувство доминировало? Если это был гнев, что делал другой человек? В чем была в тот момент твоя главная потребность? Быть выслушанным, понятым, управлять ситуацией? Теперь углубись в себя, исследуй таким же образом отрочество и детство. Каждый раз обращай внимание на появление определенного чувства. Пойми, как и когда ты начал «проглатывать» собственные чувства, как это отразилось на ощущении себя и потребностях.

12. Помни, что у тебя есть потребности и право на них. Если человек отрицает свои потребности, он оказывается взаперти и не может дотянуться до других людей, становится зависимым и требует от других, особенно от женщин, стать его мамой. Тут возникает внутренний разрыв, который ничем невозможно заполнить. Нужна практика, чтобы отличать свои реальные потребности взрослого человека от детских потребностей. Приучаясь понимать свои потребности и находя пути их удовлетворения, человек освобождается от зависимостей.

13. Научись быть в одиночестве и радоваться этому. Малыши радовались возможности побыть в одиночестве, это было их личное время, которое использовалось для размышлений, игр, планов и осознания разных событий жизни. Взрослые мужчины приняли на себя ответственность родителей, мужей, работников, и у них осталось очень мало времени на себя. Они настолько привыкли к отсутствию свободного времени, что когда выпадает возможность побыть в одиночестве, мужчины чувствуют себя дискомфортно, заполняют это время работой или пытаются его игнорировать. Им нужно найти время, чтобы побыть в своем личном пространстве, это необходимо для здоровья и благополучия.

14. Представь себе, что жизнь – одна большая шутка. Если не принимаешь жизнь всерьез и не можешь взять на себя ответственность как работник или родитель, стало быть, пора повзрослеть. Это не значит, что надо задушить в себе игровое начало, которое само по себе – дар, нечасто встречающийся у мужчин. Тут нужен сбалансированный подход. Прежде всего, стоит изменить свои стереотипы. Кроме того, что-то в окружении помогает мужчине побыть маленьким ребенком. Стоит найти путь своего роста.

15. Прости нанесенные тебе обиды. После того как человек внутренне прощает обидчика, он говорит ему «до свидания», закрывает глаза и переживает чувство потери. Затем он открывает глаза и говорит «привет» тому же человеку, но по-новому и со свежим, измененным отношением к нему. Прощение запускает процесс исцеления, обретения цельности, что вылечивает старые раны.

16. Делись с другими. Нет большего удовольствия, чем получать от других идеи, тепло и любовь. Все люди одновременно учат и учатся, они многое получают от взаимного обмена информацией, заботой, навыками и поддержкой.

17. Стань ребенком. Это многократно повторяют всевозможные руководства, и в этом есть правда. Когда удается вернуть простоту, трепет перед чудом, детскую непосредственность, жизнь преображается: уменьшается груз повседневности и происходит возрождение. Возвращается детский смех, воспоминания, полные чудес и удивительных событий. Это смягчает суровость жизни. Стать ребенком – значит лучше увидеть и почувствовать мир и других людей.

18. Будь смиренным, обрети цельность. Без цельности человек не знает, кто он и куда идет.

19. Не откладывай жизнь на потом. Надо начать становиться собой прямо сейчас.

Каждый человек переживал периоды боли и радости, страха и восторга, и это разнообразие делало его богаче.

Описанные выше установки можно использовать в процессе терапии мужчин, это дает возможность разобраться со многими страхами, присутствующими в их жизни.

Под тонким слоем сознания находится бессознательное – совокупность психических воздействий, которым мужчин подвергали с самого рождения. Мужчина может о них не помнить, но бессознательное на них влияет. Это сфера индивидуальных комплексов. Тут комплекс – эмоционально заряженное переживание, сила которого зависит от тяжести аффективной нагрузки, если речь идет о травме, или от продолжительности влияния, если речь идет об отношениях с другим человеком. Обычно на первом месте стоят переживания, связанные с матерью. Разумеется, другие переживания и отношения тоже влияют на мужчину, но, как правило, с психологической точки зрения все определяет эта область переживаний. После отделения от матери, от этого телесного и психического единства, мужчина неосознанно стремится воссоединиться с ней. В каком-то смысле каждый поступок в жизни мужчина совершает под воздействием эроса, пытаясь восстановить связь с матерью через другие объекты желания, посредством сублимации или даже через проекцию ее образа или ее черт на весь мир (такое же значение имеет слово «религия», образованное от лат.religare – воссоединять). Когда мать защищает младенца, заботится о нем, она выступает в качестве главной посредницы между ним и внешним миром. Она – «первичный объект», окружающий человека и находящийся над ним и между ним и внешним миром. Мать воплощает архетип жизни и дает мужчине его образ. Если от отца человек наследует определенный набор хромосом, то мать – это место его рождения, центр его вселенной. В специфических отношениях между матерью и ребенком заложена самая разная информация о жизни. Биохимия материнского чрева, общение матери с ребенком, когда та подтверждает или отрицает его право на жизнь, – это первые сообщения о жизни. Мужчина проводит рядом с матерью формирующий период младенчества и раннего детства – дни, месяцы, годы (тем больше, чем дальше от него отец, особенно если отец отсутствует). Роль матери исполняют и те, кто заботится о мальчике, учителя и воспитатели; в нашей культуре такими людьми тоже в основном являются женщины. А это значит, что основную часть информации о себе и о том, что такое жизнь, мужчины получают от женщин. Поэтому фемининность в мужской психике обладает огромной силой.

Так как мать – носитель архетипа жизни, это затрагивает сферы как коллективного, так и индивидуального бессознательного. Иными словами, материнский комплекс – это живущая в каждом из мужчин аффективно заряженная идея матери. Она проявляется как потребность в тепле, привязанности и заботе. Если при первом соприкосновении с жизнью эти потребности человека (хотя бы в целом) удовлетворяются, он чувствует свою сопричастность жизни, ощущает, что есть место, где он будет защищен и окружен заботой. Если первичное ощущение фемининности болезненно, человек чувствует себя оторванным от истоков и от самой жизни. Такая онтологическая травма ощущается в теле, обременяет психику и часто проецируется на весь мир. Из такой преимущественно бессознательной феноменологической интерпретации мира развивается общее мировоззрение человека. С другой стороны, благословенная материнская преданность ребенку может обернуться для него проклятием. Многие женщины стремятся прожить не прожитую ими жизнь через жизнь своих сыновей. Справедливости ради нужно отметить, что развитию анимуса этих женщин, то есть внутренней маскулинности, определяющей уверенность в себе, компетентность и возможности, часто препятствуют заложенные в культуре полоролевые ограничения. Следовательно, через своих сыновей эти женщины косвенно пытались реализовать свои возможности. Согласно мнению К.Г. Юнга, непрожитая жизнь родителя может стать для ребенка величайшим бременем. Часто мужчину к успеху бессознательно ведет психологически неразвитый анимус матери. По сути, нет ничего плохого в том, что мотивы мужчины определяются сильным влиянием матери. Вместе с тем мужчина должен себя спросить: как и в какой мере он сам определяет свою жизнь, если несет на себе материнские проекции? Если мужчина хочет освободиться, они должны хотя бы осознать ценности, которые определяют его жизненный путь.

Существует немало мужчин, которые испытывают столь сильную потребность в материнской заботе и внимании, что они обречены на неудовлетворенность в отношениях со своими женами. Хотя, конечно, женщины не хотят превращаться в матерей для своих мужей, многие мужчины стараются добиться от жены безусловного принятия и заботливого отношения, присущего «хорошей» матери. С течением времени женщины все больше и больше устают от заботы о своих «маленьких мальчиках», а «мальчикам» становится все труднее покинуть родительский дом и стать взрослыми, поскольку никто не способен им указать верный путь.

Когда мужчина ощущает эту динамику притяжения-отталкивания, связанную с материнским комплексом, он склонен примешивать это воздействие к отношениям с реальной женщиной. Поскольку в близких отношениях мужчина часто испытывает регрессию, превращая партнера в мать и бессознательно требуя, чтобы она была для него «хорошей грудью», он боится и подавляет женщину, словно, установив над ней контроль, он сможет совладать со своим подспудным страхом. История взаимоотношений мужчин и женщин служит убедительным тому доказательством. Человек стремится подавить то, чего он боится. Именно страх есть причина притеснения женщин и гонений на гомосексуалистов.

Из-за аномалии взаимоотношений мужчины с матерью у мужчин развивается искаженное отношение к фемининности, что остается преимущественно бессознательным.

Можно выделить четыре формы таких искажений.

Во-первых, мужчины проецируют на женщин свой материнский комплекс с его огромным эмоциональным зарядом. И, боясь власти женщин, мужчина стремится ее ублажить, ею управлять или вообще избегает выяснения отношений с ней. Поскольку он не в состоянии признать проблемы, связанные с материнским комплексом, и справиться с ними, мужчина сохраняет отношения, построенные на проекции и основанные на стремлении к власти. Эта главная основа так называемой войны полов: страх заставляет заменить эрос властью.

Во-вторых, мужчин ужасает их собственная внутренняя фемининность. Они связывают свои чувства и инстинкты, свою способность проявлять заботу и нежность с характерными качествами женщины и поэтому от этого отстраняются. Одновременно мужчина отстраняется от своей анимы (внутренней фемининности), что приводит к глубокому отчуждению от себя. По сути, было бы не совсем правильно говорить о фемининной составляющей мужской психики, поскольку в действительности анима неотделима от мужской сущности. Мужчины редко раскрывают эту часть личности, но они так же, как и женщины, ориентированы и на внешний мир, и на свою внутреннюю жизнь.

В-третьих, так как мужчины столь неуверенно относятся к своей половой идентичности и сопутствующим социально-половым ролям, они боятся и отрицают те части личности, которые не влезают в узкие рамки социальных ограничений. Замечая эти аспекты личности у других, они их с яростью отвергают. Примером тому служит гомофобия. Мужчины-гомосексуалисты имеют право жить в соответствии со своей сексуальной ориентацией. Уже давно известно, что гомосексуализм является вовсе не личным выбором человека, а его биологически предопределенной ориентацией, процент носителей которой в ходе исторического развития остается постоянным. Гомосексуалы могут обладать таким же мужеством, чтобы, скажем, идти в бой, как и гетеросексуальные мужчины. Гомофобия указывает на реальную проблему: мужчина испытывает страх перед теми, кто служит воплощением их непрожитой жизни. Врагом тут является не непохожий на мужчину гомосексуалист, а страх, что мужчины не такие, какими должны быть по канонам патриархата.

В-четвертых, ощущение мужчинами «женской власти» может привести к ее переоценке и к страху перед сексуальностью. Цель отношений, основанных на взаимном согласии, примером которых являются супружеские отношения, не забота друг о друге (это приводит лишь к активизации детско-родительских комплексов), а помощь в личностном развитии друг другу. Эти значит, что отношения между людьми должны строиться на диалектике: это откровенное общение, в котором существуют и компромисс, и рост личности. Несомненно, секс связывает полы между собой. Однако мужчины, которые зачастую неумело обращаются со своими эмоциями, сводят весь процесс к половому акту и концентрируют свое внимание исключительно на нем. Основная психологическая цель секса для мужчин, которые живут в жестоком и равнодушном мире и отношения которых с анимой фригидны, – вернуться туда, где было тепло и уютно. Секс – это форма эмоционального самоутверждения, наркотик, заглушающий боль израненной души. Если жизнь ранит мужчину, то секс, так же как лекарство или работа, может притупить острую боль. В процессе полового акта происходит трансценденция, длящаяся несколько мгновений. Оргазм может стать переживанием экстаза; в этот момент мужчина как бы выходит за жесткие рамки ограничений обыденного сознания. Для многих мужчин сексуальное переживание близко к религиозному. Таким образом, за половым актом может стоять отчаянный поиск признания, истоки которого лежат в материнском комплексе. В конечном счете это пристрастие становится пагубным. Секс как любовь, секс как общение, секс как диалектика – каждый такой аспект сексуальных отношений предполагает наличие равных партнеров. Секс как «спасение» искажает отношения мужчины и женщины и примешивает сюда тему власти.

Многие мужчины полны ярости по отношению к женщинам, и эта эмоция нередко выходит наружу. Иногда эта ярость развивается вследствие насилия, совершенного над мужчиной в детстве; в таком случае довольно просто определить ее этиологию и найти причинно-следственные связи. Но часто ярость связана с избыточным влиянием матери и с отсутствием необходимого уравновешивающего влияния отца. Тогда она, безусловно, представляет собой накопившийся гнев, сложную эмоцию, возникающую при нарушении психологического пространства ребенка. Если в процессе развития ребенка хрупкие границы этого пространства все время нарушаются либо в результате насилия, либо вследствие избыточного влияния взрослого, формирующееся Эго постоянно страдает от внешних эмоциональных травм, что может привести к социопатии.

В целом мальчик может испытывать страдания и от «избытка», и от «недостатка». В первом случае на ребенка воздействуют потребности матери, ее дезориентированная психология, ее травмы, ее непрожитая жизнь. «Избыточность» матери разрушает хрупкие границы психики ребенка и порождает у него чувство бессилия. Это переносится во взрослую жизнь и проецируется в основном на женщин и на среду, и тогда чувство бессилия постоянно преследует мужчину. Но если мужчина чувствует, что его мать не в состоянии удовлетворить его потребности, и страдает от ощущения оставленности, это тоже сказывается на его развитии неблагоприятным образом. Такие страдания неизбежно снижают внутреннее ощущение состоятельности («Если бы я был лучше, то получил бы все, что мне нужно и чего я заслуживаю»), что, в свою очередь, порождает общее чувство ненадежности и поиск матери, который питает тревожная зависимость и страх. Ощущение своего Я у мужчины в значительной степени аффективно окрашено этими травмами – «избытком» или «недостатком», а нередко тем и другим вместе.

Не обладая способностью к интроспекции, мужчина обречен жить в мире проекций, и не стоит удивляться тому, что к нему возвращаются все его фантазии и самые жуткие страхи. То, что мужчинам не удалось интериоризировать, всегда проецируется вовне.

Одна из величайших задач развития мужчины – достичь здорового отделения от матери. Вместе с тем он должен осознать важность образа архетипической матери. В отличие от дочери, сыну не хватает первичной идентификации с матерью, в особенности когда он начинает от нее психологически отделяться. Во взрослой жизни последствия изначальной проблемы привязанности-отделения сохраняются в виде внутреннего образа анимы мужчины. Пока он не готов признать свою зависимость, которая является зависимостью внутреннего ребенка, он либо тщетно пытается найти опору в нездоровых отношениях с суррогатом матери, либо испытывает гнев на жену или подругу, которая не соответствует его требованиям. Обычный мужчина почувствовал бы сильный стыд при одной мысли о том, что он ищет мать в своей жене или подруге, но, если он не может отделить свои детские отношения с матерью от реальных отношений с женщиной, он обречен воспроизводить старый регрессивный сценарий. Ни один мужчина не может стать самим собой, пока не пройдет через конфронтацию со своим материнским комплексом. Только обладая мужеством, позволяющим заглянуть в пропасть, разверзшуюся под ногами, он может обрести независимость и освободиться от гнева. Если он все еще ненавидит мать или женщин, значит, он пока не стал взрослым; он по-прежнему ищет защиты или пытается уклониться от власти матери.

Как уже говорилось выше, самое сильное психологическое воздействие на ребенка оказывает жизнь, которую не прожили его родители (и предки вообще). Это утверждение может показаться слишком надуманным и поверхностным, но тут надо сделать одно важное уточнение: это та часть жизни, которую родители могли бы прожить, если бы им не помешали конкретные, всем известные и часто весьма банальные обстоятельства. То, что не выстрадано, не осознано и не интегрировано человеком, передается следующему поколению. Значит, особенности материнских капризов и причуд, уровень ее сознания, характер ее собственных психических травм и соответствующие стратегии поведения формируют психическое наследие ребенка. От матери ребенок получает многочисленные послания о себе самом и о жизни, с которой он должен примириться. Даже когда сын женится и живет с другой женщиной, мать может играть ключевую роль в его жизни (о чем свидетельствует огромное количество анекдотов об отношениях зятя и тещи).

Таким образом, когда мужчина пытается избежать осознания материнского комплекса, это причиняет ему большой вред: это разрушает не только его взаимоотношениям с другими, но и его отношение к самому себе. Все, что остается бессознательным, не исчезает из жизни – оно активно влияет на психику человека. Такое отчуждение от себя снижает качество жизни и отравляет отношения с окружающими. Чтобы исцелиться, мужчина прежде всего должен заняться своими непроработанными интериоризированными отношениями с матерью начиная с младенчества, исследовать характер своих индивидуальных и социальных травм и, наконец, понять место, которое занимает его отец в этой эмоциональной констелляции.

Воздействия материнского комплекса на жизнь мужчины огромно, но не менее важно тут и влияние отца. Несомненно, мужчине нужен позитивный образ маскулинности, и чувство общности между мужчинами способствует достижению этой цели. Но многие мужчины не имели возможности получить такой образ. Часть внутреннего мира отца, которая осталась недоступной его самопознанию, никогда не сможет перейти к сыну.

Каждому сыну что-то нужно от отца. Особенно ему важно услышать, что отец его любит и принимает таким, какой он есть. Слишком многие мужчины не завершили процесс индивидуации, потому что не получили поддержки от отца. Естественно, сыновья решили приспосабливаться к требованиям отца, укротив свои желания, чтобы заслужить его одобрение. Часто они получали одобрение, стремясь соответствовать отцовским ожиданиям. Иногда они всю свою жизнь ищут одобрения у окружающих. Или же, не слыша одобрения из отцовских уст, они поняли его молчание как свидетельство своей неполноценности.

Сыну необходимо видеть отца и в окружающем его мире. Ему нужен отцовский пример, помогающий понять, как существовать в этом мире, как работать, как избегать опасностей. Сыну нужно, чтобы отец сказал то, что ему необходимо знать для жизни «там», во внешнем мире, и оставаться в ладу с самим собой. Сын должен видеть, как живет отец, как он борется, проявляет эмоции, терпит неудачи, падает, снова встает, оставаясь при этом человеком. Если сын не видит, что отец честно совершает собственное внутреннее странствие, значит, он должен найти какой-то свой путь или, в конце концов, бессознательно совершить путешествие, в которое так и не отправился отец.

Отец может присутствовать физически, но отсутствовать духовно. Иногда это отсутствие реальное (смерть, развод), а часто – символическое, тогда оно проявляется в молчании, в неспособности дать то, чего, по-видимому, в свое время отец не получил сам. Неполноценность отца нарушает связи в детско-родительском треугольнике, и тогда диадическая связь матери с сыном становится слишком сильной. При всех добрых намерениях большинства матерей они не способны вести сыновей в ту область, о которой сами не имеют никакого представления. При отсутствии отца, способного вытащить сына из цепких объятий материнского комплекса, сын остается мальчиком, который либо попадает в плен зависимости, либо, в результате компенсации, станет мачо, подавив свою фемининность. В таком случае он будет нести в себе страх и смятение, а значит, ему придется их скрывать. Такой мужчина скрывает свою уязвимость, свою тоску, свою скорбь и становится чужим самому себе.

Травма, которую наносит отец сыну, очень глубока. Из-за того, что родной отец не в состоянии помочь сыну, тот ищет помощи у суррогатных отцов: религиозных пророков, поп-звезд – и в самых разных «измах». Или же он страдает, переживая душевную скорбь в одиночестве. Лишь немногие сыновья могут поблагодарить своих отцов. Поэтому для исцеления мужчине остается полагаться на осознание себя.

Каждый сын должен спросить себя: «Какие травмы были у моего отца? Чем он пожертвовал (если эта жертва была принесена) ради меня и других? На что он надеялся и о чем мечтал? Воплотил ли он в жизнь свои мечты? Был ли он эмоционально свободен, чтобы жить такой жизнью? Как его отец и его культура мешали его путешествию? Что мне бы хотелось узнать о его жизни и его истории? Что мне бы хотелось услышать от него о том, что значит быть мужчиной? Пробовал ли отец отвечать на такие вопросы самому себе, не для посторонних? Приходилось ли ему вообще когда-либо их задавать? В чем заключается непрожитая жизнь моего отца, которую я, может быть, в той или иной мере проживаю за него?»

Подобные вопросы одного поколения к другому обычно не проговариваются вслух.

Если их сознательно не задают, значит, ответы на них были бессознательно прожиты внутри, что зачастую порождало травму. Когда мужчина задает такие вопросы, даже если его отец умер, у него больше шансов избежать идеализации или обесценивания отца. Если мужчина лучше поймет своего отца с точки зрения взрослого человека, он вероятнее сможет стать отцом для самого себя.

Многие отцы стремились к тому, чтобы их сыновья соответствовали правилам мужского сообщества. Нередко мужчины ощущают в себе какую-то немоту или пустоту, за которой прячутся глубоко затаенные и подавленные эмоции, не соответствующие скрытым социальным ожиданиям. Среди этих эмоций есть тяга к близкому общению и любви, которую мужчина жаждал получить от отца. Близость с отцом не предусмотрена программой воспитания мужчины. Мужчин учат во всем подражать отцам, но близость между отцом и сыном не приветствуется, по крайней мере их учат воздерживаться от проявлений физической ласки, а в целом – вообще от проявлений близости. Сыновья переносят такой тип отношений в свою взрослую жизнь и в собственной семье строят свои отношения с сыновьями по той же модели. Поэтому они боятся близких, задушевных контактов с другими мужчинами. С самого начала мужчин учат, что между ними не может быть никакого тепла; отцы, братья, приятели и все общество постоянно напоминают мужчинам эту заповедь. Мужчинам кажется, что раз большинство так думает, значит, так оно и есть. Когда мужчина размышляет над тем, кто его научил такому «правильному» мужскому поведению, он обнаруживает, что это был отец. Мужчинам предстоит преодолеть накопленные в прошлом модели поведения, веками создававшие эмоциональные и психологические преграды между отцами и сыновьями. Некоторым повезло с людьми, заменившими отца, – с руководителями, учителями, дядями, дедушками и другими людьми, которые стали их наставниками и показали лучший, более здоровый способ быть мужчиной.

Чаще всего к психотерапевту приходят именно мужчины с более сильным эмоциональным потенциалом и более честные с собой. Остальные слишком сильно боятся этого процесса. Роберт Хопке в своей книге «Мужские сны и исцеление мужчин» (Hopcke, 1989) утверждает, что мужчине требуется примерно год индивидуальной терапии, прежде чем он сможет интериоризировать и признать свои чувства, – целый год лишь для достижения того уровня самоощущения, которое, как правило, существует у женщины изначально. Терапия дает мужчине уникальную возможность рассказать другому человеку о своей жизни, быть эмоционально честным и знать, что впоследствии ему не станет из-за этого стыдно, поделиться с ним тайной: что значит быть мужчиной. Для многих мужчин терапия становится переходным ритуалом отделения от матери и вступления в мир мужчин. Приходя на терапию, мужчина, как это часто бывает, считает, что проблемы существуют где-то «вовне» и что если он сможет их «понять», то жизнь снова наладится. Наступает время, и он осознает, что до сих пор жил неправильно и что совершенный им бессознательный выбор завел его в лабиринт, блуждание по которому усугубляет отчуждение от себя. Он может осознать, что у него нарушена связь с фемининностью, но крайне редко предполагает, что она находится внутри. Он испытывают сильную тоску по отцу, хотя это переживание, по своей сути, является бессознательным. Определив роль матери (а значит, и материнского комплекса вместе с его архетипическими обертонами) в его развитии и поняв, к чему приводит отсутствие отца и наставников, мужчина начинает понимать вопросы, в которых он обязан разобраться самостоятельно.

У каждого мужчины есть своя психологическая история, в основе которой лежит детское стремление получить заботу и защиту. Этот внутренний ребенок постепенно начинает выглядывать во внешний мир, чтобы там бороться и в конце концов умереть. Но так как сильная потребность в «тихой гавани» не исчезает, а постоянно возрастает, мужчина обычно взваливает это бремя на женщину. Однако большинство женщин совершенно справедливо сопротивляются исполнению роли матери, и мужчине приходится строить свою «тихую гавань» самому. Вполне понятно, что мужчины боятся зависимости, но им не следует бояться своей потребности в заботе и внимании. Все люди хотят, чтобы о них заботились. Мужчина должен принять эти свои потребности. И независимо от того, в ком он видит источник внимания и заботы – в женщине или другом мужчине, ему следует признать, что прежде всего он сам отвечает за то, чтобы себя прокормить и о себе позаботиться. Тогда у него появится соответствующее отношение и к страху перед другими людьми, и к потребности в них.

Потребность в заботе является архетипической, она связана с отношением мальчика к матери, но и его становление как мужчины тоже представляет собой архетипическую потребность, удовлетворение которой должно прийти из мира отца. Сыну нужно видеть, как отец относится к своей внутренней истине, как он справляется со стыдом и страхом, как он сохраняет равновесие со своей внутренней фемининностью и как он организует окружающий внешний мир. Уверенность в себе не следует смешивать с комплексом стремления к власти. Игра во власть кастрирует всех мужчин. Смысл уверенности в себе состоит в том, что человек чувствует в себе позитивную энергию, необходимую для решения задач, которые ставит перед ним жизнь. Человек может позволить себе окунуться в эту жизнь и бороться за обретение ее глубинного смысла; он чувствует возможность вынырнуть из нее, когда к нему вплотную подступают силы тьмы. Для развития такой уверенности в себе полезно видеть пример отца, но большинство мужчин создают ее каждый на свой лад.

Фактически отцовский и материнский комплексы представляют собой сгустки энергии, живущие своей жизнью, неподконтрольной сознанию. Каждый мужчина должен знать свои интериоризированные образы и уметь различать, какое послание говорит о проблеме выживания и самосохранения, а какое – о наличии энергии, необходимой для борьбы за лучшую жизнь. Чем заряжены эти комплексы? Какие внутренние и внешние послания они передают? Что происходит, когда человек делает ложный выбор?

Те же вопросы, что он раньше задавал отцу, чтобы понять его и испытать его печаль, каждый мужчина должен задать и себе. Каковы его индивидуальные травмы, его устремления, какова его непрожитая жизнь? Каждый мужчина должен снова и снова задавать себе вопросы, ответы на которые он хотел бы услышать от отца. Если раньше он хотел узнать от отца, как стать мужчиной, как справиться со страхом, как обрести мужество, как сделать выбор, который не одобряют окружающие, как уравновесить мужскую и женскую энергию, как, сохраняя равновесие, идти по жизни, то теперь он должен рискнуть задать эти вопросы себе. И даже если он не знает ответа, по крайней мере, он задает правильные вопросы.

Так, например, мужчина должен задать себе вопрос: чего именно я боюсь и почему не двигаюсь вперед? Какие самые сокровенные задачи я обязательно должен решить? Каково мое призвание в жизни? В какой мере я могу совместить работу с потребностями души? Как я могу строить отношения с другими и при этом развиваться индивидуально? Какую область непрожитой жизни отца я должен прожить? Затем наступает решающий момент в жизни человека: он идет на риск, проявляет отвагу, чтобы прожить эти вопросы в экзистенциальном мире. Чтобы быть мужчиной, надо знать, чего ты хочешь, а затем мобилизовать свои внутренние ресурсы, чтобы достичь желаемого. Такой взгляд может показаться слишком упрощенным, но в самом начале человеку крайне трудно понять, чего он хочет. Как отделить внутреннюю истину от какофонии личных комплексов и предписаний культуры? И где взять мужество, чтобы жить в реальном мире после обретения своей внутренней истины?

Именно поиск ответов на такие вопросы, а также смелость в процессе странствия во внешнем и внутреннем мире превращают мальчика в мужчину. Юнг однажды заметил, что мы не решаем свои проблемы, а их перерастаем (Юнг, 2000). Именно эта способность к росту осознания открывает возможность исцеления. Каждому мужчине по-прежнему хотелось бы почувствовать материнское тепло и заботу и оказаться за сильной спиной отца, который бы прокладывал ему путь. Но это невозможно. Чтобы удовлетворить свои потребности, каждый мужчина должен избавиться от директив своих родительских комплексов и принимать собственные решения.
<< | >>
Источник: И. Г. Малкина-Пых. Гендерная терапия. Справочник практического психолога. 2003 {original}

Еще по теме Индивидуальное психологическое консультирование и психотерапия:

  1. Индивидуальное психологическое консультирование и психотерапия
  2. Индивидуальное консультирование и психотерапия
  3. Индивидуальное психологическое консультирование
  4. Психологическая помощь в преодолении отсроченных реакций на травматический стресс методами индивидуальной психотерапии
  5. Консультирование и психотерапия жертв насилия
  6. Схема сеанса индивидуального консультирования
  7. Схема сеанса индивидуального консультирования
  8. Индивидуальная психотерапия
  9. Глава 7 ИНДИВИДУАЛЬНАЯ ПСИХОТЕРАПИЯ
  10. Психологическое здоровье и зрелость личности как цели возрастно-психологического консультирования
  11. Индивидуальное консультирование жертв сексуального насилия
  12. Индивидуальное консультирование жертв семейного насилия
  13. ПСИХОЛОГИЧЕСКОЕ КОНСУЛЬТИРОВАНИЕ
  14. Психологическое консультирование
  15. Виды психологического консультирования