<<
>>

ПОЗИЦИОНИРОВАНИЕ СЕБЯ КАК МАЛЬЧИКА ИЛИ ДЕВОЧКИ

Дети, как и взрослые, включены в общество, в котором властные позиции принадлежат мужчине. Мужское господство – явное или приписанное – означает не только мужское превосходство в смысле силы и власти по отношению к женщине, но и противоположность женщине.
Когда мы говорим своему ребенку «хороший мальчик», мы не про сто хвалим его за хорошее поведение, но и подчеркиваем возраст, пол, а также соответствие существующим нормативам. Эта лингвистическая форма – не просто слова, а определенный подход, в котором есть ребе нок, взрослый, детское поведение, заслуживающее похвалы, потому что оно соответствует мужскому гендеру. Мальчик слушает и понимает, что это не просто наша оценка его действия, но улавливает черты мужского, которые подчеркиваются нами как правильные.

Принятие социальной позиции – мужской или женской – это еще и психологический процесс. Восприятие своего тела, отношение к нему как женскому или мужскому занимает здесь ведущее место. Самым важным гендерным маркером, т.е знаком, позволяющим определить половую принадлежность, является одежда и прическа. Первоначально это полностью находится в руках родителей, именно они стараются формировать базовые представления о надлежащей полу внешности. У каждого в памяти наверняка есть одна или несколько историй о том, как тяжело и сложно переживались в детстве моменты гендерного сбоя (несоответствия). «Какая у вас красивая девочка! – Но это сын! – Да? А выгл дит, как девочка!» Или, например, девочка, одетая в спортивный костюм, сталкивается с тем, что ее принимают за мальчика. Она замечает, что взрослые не только огорчаются, но и сердятся, когда не могут сразу разобраться, кто она есть. Если же она не хочет носить платье, то ей приходится придумывать какие-то прически или применять косметику, чтобы, не изменяя привычек, не вызывать агрессии.

По наблюдению ученых, занимающихся детством, платье занимает центральное место в том, как мальчики определяют девочек. Отмечаются также различия в пластике девочек и мальчиков: мальчики держатся более свободно, чем девочки, принимая доминирующие в пространстве позы. Девочки, проявляющие пластическую свободу, оцениваются и мальчиками, и другими девочками как сексуальные провокаторы и «доступные». Несмотря на распространение стиля «унисекс», юбки и брюки остаются важными внешними признаками гендерного распознавания. В определенном смысле это больше, чем просто одежда. Это – культурные коды. Они не только конструируют и сексуализируют девочек, они могут действовать как важный маркер (определитель) маскулинного и феминного способа/образа жизни. При этом перевернутое использование юбок и платья, например в контексте культур, где это является мужским кодом (например, в Шотландии или Индии), принципиально не меняет этой установки. Юбка и платье, которые надевает мужчина, ничуть не подрывают его гендерную идентичность, а воспринимаются как пусть и экзотическое, но прямое доказательство мужественности (как, впрочем, и длинные волосы), тогда как постоянное ношение брюк женщинами, если они не стилизованы особым образом, как и «мужская» стрижка, продолжают восприниматься, пусть и не столь значимо, как прежде, но все=таки как вызов своей феминности.

Еще один культурный код связан с особым публичным по ведением мальчиков и девочек.
Так, ученые обратили внимание на то, как происходит демонстрация феминности и маскулинности в спортивных состязаниях. Для девочек характерна тактика «сдерживаемой интенсивности», которая связана с привычкой видеть себя в первую очередь в качестве объекта другого (мужского/мальчикового) взгляда и стремлением показать свою «хрупкость», слабость, подчас в ущерб реальным возможностям.

Чем более девочка воспринимает свой статус как феминный, тем больше она воспринимает свое тело как хрупкое и немобильное, и тем больше она научается его сдерживать. Девочка в большей или меньшей степени с раннего детства начинает проживать свое тело как объект: быть «на стоящей» женщиной – это жить с постоянным ощущением того, что ты будешь предметом взгляда/рассматривания, и того, что в фокусе внимания будет твое тело. Следовательно, нужно научиться презентовать себя как потенциальный объект для манипуляций другого субъекта, а не проявлять активность и выражать собственные стремления. Культивирование в модельном бизнесе в качестве единственного эталона стандартизированного женского тела (90–60–90) порождает у растущих девочек, тело которых не соответствует этим нормативам, глубокие психологические переживания и даже травмы.

Поддерживать «естественные» гендерные требования – значит занять удобную позицию и избежать нареканий в «уродстве». Далеко не все современные подростки соответствуют этим требованиям. Однако тем, кто однажды телесно, эмоционально и сознательно воспринял образцы доминирующих/подчиненных форм гендерных отношений, невероятно трудно представить себе, а тем более практиковать, какие то альтернативные формы. Сила гендерных стереотипов в том, что они, будучи поддерживаемы большинством, маскируются под бесспорные факты, не требующие доказательств. Поэтому выбор других стратегий поведения, не согласующихся с доминантной (мужской) и подчиненной (женской) моделью демонстрации гендера, может быть расценен не только окружением, но и самим человеком не просто как «неправильный», а как аморальный. Если ребенку/подростку даются сигналы, что его/ее гендер не узнаваем, это может ощущаться им/ей не просто как не та одежда/прическа/поведение, а как моральное пятно, «ошибка природы», уродство.

Для доказательства существования половой/гендерной дихотомии ссылаются на качественные различия между мальчиковой/мужской и девичьей /женской культурами. Мальчики собираются в большие группы, объединяются по принципам иерархии, соревновательности, спорта, «приколов» и агрессивности. Девочки стремятся к поддержанию атмосферы «лучших друзей», ориентированы на кооперацию, а не соревновательность, в большей степени ценят эмоциональность, предпочитают демонстрировать «хорошее, правильное» поведение. Все эти рассуждения выглядят слишком стереотипно, на самом деле мир детей более сложен, подвижен и текуч. Почему же всех девочек нужно непременно сравнивать со всеми мальчиками? Ведь это преувеличивает гендерные различия, не учитывая вариаций внутри одного гендера (между мальчиками и мальчиками и между девочками и девочками), которые зависят от статуса родителей, национальных особенностей и т.п.

Начиная с шестого седьмого класса отношения детей/подростков внутри своих компаний становятся иерархичными – как у мальчиков, так и у девочек. Иерархии могут строиться по разным основаниям, где в качестве успешной маскулинности и феминности могут выступать разные типы. Внутригендерные различия могут оказаться более значимыми, чем межгендерные. Но, к сожалению, эти различия теряются, когда их начинают оценивать с помощью бинарного языка «мальчики против девочек». В этом также проявляется власть гендерной идеологии.
Задать вопрос врачу онлайн
<< | >>
Источник: Коллектив авторов. Гендер ДЛЯ «ЧАЙНИКОВ». 2006 {original}

Еще по теме ПОЗИЦИОНИРОВАНИЕ СЕБЯ КАК МАЛЬЧИКА ИЛИ ДЕВОЧКИ:

  1. Кто - мальчик или девочка?
  2. Вам кого: мальчика или девочку?
  3. Кто — мальчик или девочка?
  4. Кто родится — мальчик или девочка?
  5. Когда я выхожу гулять одна или с подругой, мой муж всегда меня осуждает или дуется на меня. Иногдая все равно выхожу гулять, а иногда нет. Так или иначе, я чувствую себя не в своей тарелке. Если я выхожу гулять, то чувствую себя винова­той. Если же не выхожу гулять, то чувствую себя несчастной. Я знаю, что поддаюсь чувству вины, но ничего не могу с собой поделать. Как мне быть?
  6. Мальчики и девочки
  7. ПОДРОСТКОВАЯ СЕКСУАЛЬНОСТЬ: ДЕВОЧКИ ПРОТИВ МАЛЬЧИКОВ?
  8. Как помочь моим детям, моему бывшему мужу и его подруге чувствовать себя непринужденно на на­ших встречах во время праздников, дней рождения и т. п? Я очень непринужденно чувствую себя с его подругой, но как только мы оказываемся все вмес­те, я чувствую себя неловко.
  9. Как мне вести себя с человеком, который стремит­ся подорвать мою веру в себя и вызвать у меня чувство вины за решения, ответственность за принятие которых ему трудно взять на себя?
  10. Как следует вести себя с больным человеком, кото­рый использует свою болезнь для того, чтобы вы­звать любовь к себе? Я чувствую себя беспомощ­ным, так как хочу помочь этому человеку, но он ни во что не верит.
  11. Маленький мальчик и маленькая девочка.