>>

Предисловие

Цель настоящего издания - познакомить российского читателя с неизвестной ему, по сути, мировой здравоохранительной практикой и теорией - Натуральной Гигиеной, которая зародилась и оформилась в США в XIX веке и в дальнейшем получила развитие во многих странах мира.

Литература по Натуральной Гигиене обширна.
В книгу же включены лишь две работы выдающегося представителя этого направления — американца Г. М. Шелтона, дающие представление о таких ее аспектах, как правильное питание и лечебное голодание. Выбор этой проблемы продиктован ее актуальностью. Нехватка места не позволила осветить такие стороны Натуральной Гигиены, как физическая культура, гигиена красоты, общие философские и гуманитарные подходы Г. Шелтона.

В трудах сторонников Натуральной Гигиены, в том числе В. Ветрано, нашли подробное изложение феномены здоровья и болезни, их механизмы, токсемия как главная причина болезни, характеристика „единой патологической цепочки", пути и методы предотвращения и лечения различных заболеваний на естественной основе. Читателю предлагается стройная, научно обоснованная и широко апробированная Система Здоровья, доступная пониманию рядового человека. Сложные вопросы излагаются ясным языком, дающим возможность каждому желающему понять и применить на практике полученные знания. Точки зрения представителей этого направления из самых разных стран на причины болезней, ее механизмы, методы и результаты лечения в главном совпадают, что позволяет говорить об истинности и, следовательно, научности их подходов и выводов.









В. Ветрано

Предисловие к книге Г. Шелтона

„Натуральная гигиена. Праведный образжизни человека "



„Мы не реформаторы, мы — революционеры. Мир достаточно имел реформ в медицине. Реформировать лекарственную систему путем замены одних лекарств другими значит совершать смехотворный Фарс. Возможно, во многих случаях это и заменит большое зло на меньшее, но, тем не менее, это то же самое, что замена большей лжи на меньшую, непристойного языка на ругань, воровства на обман. Заменять аллопатию на гомеопатию или то и другое на физиотерапию, а все вместе взятое на эклектичное лечение — то же, что проповедовать умеренность, заменяя ром, бренди, джин пивом и вином или животные мясные продукты молоком, сливочным маслом и сыром. У нас нет никакой замены на лекарства. Мы отвергаем их как порочные вещи и предписываем полезные. Мы не можем подменять ложь. Мы должны обучать только истине. Наша система независима от всех остальных. Ее положения оригинальны. Ее доктрины никогда не преподавались в медицинских школах. О них никогда не писали в книгах по медицине, их никогда не признавали медики. Они, вероятно, опережают все, что когда-либо преподавалось и предлагалось, ибо вытекают из самих законов Природы. Мы не признаем никакого авторитетного учебника, кроме того, который написан рукой Господа — всеобъемлющей Природой" (Р.Т. Тролл. Из вступительной лекции по проблемам медицинской науки, произнесенной в Нью-Йоркском гигиено - терапевтическом колледже).



***

„Мы едем на плечах колоссов", — сказал мне недавно доктор Шелтон. Когда я попросила его назвать тех гигантов, которых он имел в виду, он быстро перечислил: „Сильвестр Грэхем, Исаак Дженнингс, Уильям А.
Элкотт, Мэри Гоув, Рассел Т. Тролл, Джордж X. Тейлор, Томас Л. Николе, Джеймс Джексон, Роберт Уолтер, Чарльз Э. Пейдж, Феликс Освальд и Джон Тилден". Это имена мужчин и женщин, которые сыграли особенно выдающуюся роль в возрождении и развитии Гигиены.

Говоря о Грэхеме, Тролл однажды написал, что в своей „Науке человеческой жизни" тот предположил: „...все силы материального мира — тепло, свет, электричество, магнетизм, земное притяжение и другие — всего лишь видоизменения или различные проявления одного и того же важного принципа". Прошло менее четверти века, говорил Тролл, как эта доктрина была везде признана Под высоким названием „взаимодействие сил". Это всего лишь один пример среди многих, которые можно было бы привести, демонстрирующий выдающийся интеллект людей, которые ответственны за современное возрождение праведного образа жизни человека.

Каждое открытие принадлежит скорее поколению, при котором оно появляется, нежели человеку, имевшему честь его сделать. Ни одна великая истина никогда не приходила во всей полноте в голову человека без более или менее предварительной подготовки. Как сказал Ньютон о собственной работе, „только стоя на плечах гигантов", сумел он сделать открытия. Коперник разработал теорию Вселенной, Кеплер вывел серию астрономических законов, Галилей продемонстрировал замечательные истины, доктор Хук предсказал существование притяжения, Булло заявил, что „если гравитация существует, она будет уменьшаться в квадратной пропорции по мере удаления". Ньютону оставалось лишь понять и затем показать, что все движения планет и их законы зависят от одной главной силы под управлением одного неизменного закона, что вместе составляет настоящую основу физической науки и механического движения.

Доктор Шелтон — сам гигант, отсюда его готовое желание признать, что он стоит на плечах гигантов Натуральной Гигиены. Потребовался великий ум, чтобы синтезировать истинную науку жизни из работ пионеров-гигиенистов. Нужны были подтверждения и правильные оценки плюс освобождение от ложных представлений, доставшихся от наших предшественников. Должен был появиться конструктивный мыслитель, который отделил бы истинное от ложного в прежних теориях и практике Гигиены и синтезировал бы, обобщил бы то, что сейчас мы знаем как Гигиеническую Систему, или Натуральную Гигиену.

Гений всегда подобен Пегасу, которым восхищаются, но которому не всегда доверяют. В то же время инерция посредственности внушает доверие, ибо предлагает родство с обыкновенной толпой. Доктором Шелтоном восхищаются, но ему и доверяют почти все, кто слышит и читает его, благодаря его убедительной, но не высокомерной, доброй и понятной манере изложения Гигиены. В мире, переполненном бесчестием, его честность, как и его страсть к Натуральной Гигиене, выступает как яркий, сверкающий драгоценный камень на темном, грязном фоне жадности и обмана коммерческой медицины.

Будь то реформист или революционер, но человек интересен прежде всего делом, к которому он привязан. Если это дело в принципе истинное и по цели большое, если оно столь же глубоко в его законе действия, сколь величественно в своей концепции, если оно избавляет человека от ошибок, тогда человек, претендующий на внимание, защищен собственным достоинством. Ибо как истина делает людей, так и они возрастают пропорционально свету, отражаемому делом, которому служат. Чем больше человек привержен истине, тем больше становится сам. Поэтому, как только он следует определенным принципам, растет и его величие. Фигура доктора Шелтона, благодаря его приверженности истине, столь возвысилась, что для всех учеников, пациентов, соратников и сторонников он стал почти героем. Ученики и последователи постоянно ловят его мысли, чтобы узнать его мнение по любому вопросу. Лишь немногие, как он, понимают принципы Натуральной Гигиены.

Еще в начало своей карьеры он сознавал большую необходимость в обучении правильному образу жизни. „Вероятно, — говорил он, — величайшей потребностью нашего века являются истинные знания о физиологии нашего организма и законов, управляющих жизнью, здоровьем и болезнью". Прискорбно, что люди умирают от нарушения простых законов жизни, когда даже небольшие знания о биологических законах не только помешали бы им стать раньше времени добычей земляных червей, но сделали бы их жизнь радостной и более содержательной. До небес ежедневно возносятся вопли миллионов, из-за своего невежества попирающих законы жизни. Многие, хотя и знают о них, необходимости их соблюдения, но страдают от недостатка мужества и самоконтроля, чтобы изменить свой образ жизни.

Уже давно доктор Шелтон понял то, чего до сих пор не понимают еще тысячи участвующих в движении за Натуральную Гигиену, — нельзя внедрять в среду гигиенистов то, что Грэхем назвал „лекарственным культом". Отсюда все его усилия и цели были направлены на обучение простого народа лучшему образу жизни, чтобы освободить его от воздействия „толкачей лекарств". Он говорил, что просвещение надо проводить вне школ и не только потому, что „физиологические и медицинские департаменты современных университетов и колледжей предназначены для насаждения искусства постоянного игнорирования того, что знает каждый", но также и из-за невозможности для преподавателей наших институтов говорить и писать объективно о предмете, превосходство которого подорвало бы особые групповые интересы, поддерживающие институты, откуда преподаватели получают свое жалованье". Многих педагогов, кто пытался внедрить даже немногие знания о Натуральной Гигиене в своих классах, быстро просили прекратить эту „глупость" или уволиться. Немногие из тех, кто был тверд в своих убеждениях, но устал держать прекрасные истины при себе, покинули профессию преподавателя. Радуясь возвращению собственного здоровья, они стремились во всеуслышание довести знания до страдающего человечества, особенно до подростков, чтобы те могли предотвратить свои страдания от неправильного образа жизни. Но были сломлены сильными мира сего.

Вместо того, чтобы обучать ценности физических упражнений, отдыха, солнечного света и других нужных жизненных вещей, современное образование делает упор на антителах, прививочных программах, опасностях от злосчастных микроорганизмов. Вместо обучения правильному образу жизни во имя предотвращения болезней нам преподают ложную систему „профилактики болезней", при которой люди продолжают вести нездоровый образ жизни с ложным ощущением своей безопасности. В прививочных программах больше денег, чем обучения истинному здоровью. Что же касается фактов, то мир полон ими. Их достаточно для того, чтобы укрепить нас в убеждении, что Гигиена имеет преимущества над всеми системами, которые когда-либо испытывались. Подсчитано, что общие знания человека, простой объем накопленных фактов удваивается каждые десять лет. Но одни факты недостаточны для науки. Само собой разумеется, наука должна иметь факты и много фактов в своем распоряжении. Но если мы имеем лишь факты, науки мы не имеем. Факты можно организовать в науку только, когда и если найден управляющий, или основной закон. Искусство Натуральной Гигиены и основано на такой науке. Гигиена базируется на биологических законах. Эти законы управляют всеми живыми существами, и мы обязаны подчиняться этим законам или будем иметь неизбежные последствия неподчинения им — болезни и преждевременную смерть.

Доктор Шелтон провозглашает принципы Натуральной Гигиены с 1919 года. Он не тратил напрасно времени на то, чтобы пытаться просвещать практиков различных школ лечения, которые погрязли в своих концепциях и лекарствах. „Представление о рядовом человеке, — говорит Шелтон, — неправильно. Мы склонны полагать, что он знает значительно меньше, чем в действительности он знает, и что он способен к значительно меньшему пониманию, чем на самом деле. В этом причина того, что мы стараемся избегать, вероятно, слишком часто дискуссий о проблемах, которые, возможно, трудно разъяснить элементарно и невозможно разъяснить целиком, но которые могли бы побудить простого человека думать более глубоко и стремиться к дополнительной информации. Если мы всерьез воспринимаем свою задачу информирования разумных граждан, мы не должны уклоняться от работы по их вовлечению в более глубокие знания".

В настоящей книге, как и во всех своих работах, доктор Шелтон страстно пытается дойти до сознания рядовых людей, выражая себя языком, понятным каждому, но тем не менее требующим определенного серьезного мышления, а иногда и консультации со словарем. Трудность обучения Гигиене в том, что новички прежде уже узнали массу медицинских глупостей. Начиная с детского сада и до колледжа молодежь каждый год пичкают „обучением здоровью", которое является не чем иным, как рекламой коммерческой медицины. В результате люди, которым основательно промывают мозги медицинскими нелепостями, закрыты для новых истин. Получив знания, они не научились делать различие между реальностью и обманом, между вещами, имеющими содержание и реальную ценность, и вещами фиктивными и имеющими в лучшем случае предположительную ценность. Они не могут отличить истинное от ложного, ибо уже в детстве обретение ими знаний было фальшивым и у них нет основ для размышлений. Требуются многие годы для очищения их умов от привитых им глупостей. То, что было усвоено вследствие неправильных концепций и неправильного обучения, нужно отбросить ради более ясного понимания законов Природы. Мы должны познавать наши связи с вещами и условиями, касающимися нас, понимать, как их можно использовать, а не третировать или использовать неправильно. Если принять во внимание огромный объем знаний о физиологии и о систематизированных идеях гигиенистов прошлого и настоящего, имеющийся в мире и ожидающий осмысления, то при их познании окажется, что невежество наших лидеров пугает, а неграмотность рядовых людей ужасает.

Элберт Хаббард советовал: „Идите так далеко, пока можете видеть, и когда туда придете, вы увидите еще дальше". Хаббард был оптимист. Он, видимо, не понял, что когда мы доходим куда-то, мы склонны закрывать глаза на дальнюю дорогу или поворачиваемся к ней спиной. Бесчисленные миллионы людей нашей цивилизации живут и умирают, так и не поняв, где они, как они попали сюда, где находятся в данный момент, куда их ведут. Вероятно, уже невозможно пробудить этих сомнамбул и заставить их обозреть мир, в котором они живут. Но не следует ли нам открыть глаза тем, кто ведет человечество? Не должны ли наши учителя, политики, врачи, теологи первыми открыть глаза и оглядеться?

Но чаще всего, однако, они сами последними понимают истинную науку жизни, ибо их сознание слишком затемняют их собственные частные интересы. Высокообразованному человеку всю жизнь промывали мозги „в области здоровья", отсюда его затмение неисправимо.

Доктор Тилден однажды сказал: „Все позитивные знания обязательно имеют корни в природе, и на этой основе покоится и социальная этика". Наш мир — это мир мужчин и женщин, которые прекрасно образованы в негативных знаниях, не связанных с человеком и природой. Они обладают огромной информацией о множестве вещей, но только не знаниями о самих себе. Они знают слишком много и тем не менее имеют посредственное образование в области законов жизни. Недавно хорошо образованная женщина сказала мне: „Я люблю сгущенное молоко. Знаю, что оно не полезно, но мне все равно". Она — типичный продукт негативного образования, которое никак не связано с жизнью человека. Многие глупцы считаются умными лишь потому, что выучили содержание многих учебников и выдержали государственные экзамены и в то же время не знают ничего о законах жизни. Можно быть Эйнштейном в математике и болеть несварением желудка. Со всем своим образованием он принимает аспирин или антацид от дискомфорта и ведет себя так, как будто у этого дискомфорта нет причин. Из-за подобной неграмотности он может рано и умереть. А это ведь 25—30 или более лет самой ценной и продуктивной жизни человека. Его образование не образовало его.

Предубеждение — самое злое проклятие нашего физического, интеллектуального и нравственного образования. Наши учебные заведения заняты тем, что забивают головы учащихся предрассудками. В институтах и колледжах, где должна торжествовать истина, мы находим учебники, содержащие полуправду и сладкий обман, невежество и предубеждения. Отсюда распространены предрассудки и оппозиция истине, ибо они всегда сопровождают лжеобразование со всеми его темными и низменными влияниями. Учебники пишут так, что истины там намеренно скрыты. В наших институтах сильна боязнь истины. Если бы профессора стали преподавать некоторые основные, базовые истины, они не медленно лишились бы работы, Они боятся за свое положение в жизни и подавляют внутреннюю потребность высказаться. Они — интеллектуальные рабы, которые всегда могут найти себе хозяев, приказывающих, как им думать и что говорить. Но те, кто всерьез стремится к свободе, рано или поздно выйдут из темницы на белый свет. У них разовьется мужество гигиенистов и смелость говорить правду, „даже если низвергнутся небеса".

Откуда сегодня такая боязнь истины? Почему столь явное желание уйти оттого, что может оказаться спорным, особенно если это противоречит распространенным доктринам и концепциям?

Начиная с детского сада и кончая колледжем, нам вбивали в головы, что мы не должны говорить того, что могло бы кого-то обидеть. В обществе ведутся жаркие академические дискуссии. Мы же должны ограничиваться разговорами о спорте, погоде или последней хирургической операции. У среднего американца полностью отсутствует способности к интеллигентному разговору. Нас приучили быть хорошими слушателями. „Именно это и важно", — пишется в книгах по этике. Но если все слушают, то кого слушать? Наоборот. Сегодня как раз большая потребность в воспитании у ребенка способности анализировать, критиковать и обсуждать многие и разные вопросы нынешнего дня. Даже небольшая дружеская ученая дискуссия вдохновляет и пробуждает мысль.

Ввиду внедрившихся предрассудков у студентов, преподавателей, профессоров и рядовых людей гигиенисты должны быть и мужественными, и стойкими в своих убеждениях. Наши идеи, мотивы и характеры подвергаются сильным нападкам, которые в мрачные столетия средневековья довели бы нас до темниц и костров инквизиции. Сегодня для нас тюрьма — это замшелый остракизм! В прессе нас распинают, огонь преследователей отражен в гневе наших противников. Но нынешний век должен усвоить важный акт — ни одну живую истину нельзя выбить из головы. Если наша наука Гигиены ложна, пусть это докажут. Мы считаем ее истиной, и истиной, имеющей важное значение для очищения и прогресса человечества. Как мы можем прогрессировать, если мы страдаем в умственном и физическом отношениях? __ Наш прогресс определенно ограничен, пока мы больны. Напичканные лекарствами и успокоительными пилюлями люди неспособны к нормальному функционированию.

Гигиенисты прошлого и нынешнего времени так верили и верят в истины Натуральной Гигиены и в ее способности вывести человека из состояния летаргии и порожденного лекарствами отчаяния, что они готовы были пойти в тюрьму за свои убеждения и практику. Это те люди, которые любили истину. Любовь к правде движет любящими истину, где бы она ни была. Подлинная любовь к истине обладает как неотъемлемой и важной чертой желанием безоговорочно быть ею управляемым и следовать ей как теоретически, так и практически, куда бы она ни вела, даже целиком пожертвовав нашими предвзятыми и самыми сокровенными представлениями и собственным мнением о самих себе. Для того, кто приходит к истине о здоровье и болезни, любит истину и следует за каждой новой, какую узнает, обратной дороги нет. Можно раздражаться, когда истина мешает увлечению любимым пороком. Однако, в конечном счете, приятнее знать истину и радоваться возможности ей следовать, ибо в ней заключены высшее здоровье и счастье.

Когда приверженцы любой догмы — в религии, политике, медицине, науке — уходят от света, проливаемого тщательными поисками и непредвзятыми исследованиями, они демонстрируют скрытое признание слабости и ошибочности догмы и опасение, что свет на явно скрываемую истину выявит деформацию и непригодность догмы. Они боятся узнать истину, а это сводит на нет все их взгляды и практику. Они будут вынуждены быть лицемерами или следовать все же истине, к чему бы она ни вела. „Мудрость, — писал доктор Тролл, — все время кричит о себе на улицах. Но как мало людей, которые слышат ее!" Они боятся услышать голос правды, ибо правда всегда радикальна — она доходит до корня вещей. Тролл - говорил: „Никогда не было большей лжи, нежели убежденность, что истина — нечто среднее между крайностями. Истина всегда радикальна, всегда ультра: она всегда экстремальность и противоположность каждого данного положения".

Подлинная наука заявляет свою собственную истину, которую не нужно объявлять верной перед каким-либо влиятельным обществом или правительственным органом. Натуральная Гигиена не только определенно истинна, она неизменно является истинной наукой. Практика, основанная на ее широких принципах, следует определенным законам и в каждом случае результаты можно предвидеть. Этого, однако, нельзя сказать о медицинской практике, ибо каждый раз, когда человеку дается лекарственная доза, надо ожидать непредвиденного. Могут заявить, что медицина является наукой (по крайней мере, экспериментальной), а Гигиена таковой не является. Но истина как раз в обратном: медицина не является и никогда не была наукой, она — метод, прием, стиль лечения. Физиология, биология, анатомия и другие являются науками, но они — не медицина. Хотя при обучении на врача от студента-медика и требуют изучения этих наук, медицина на них не основана. У медицины отсутствует единый принцип, который можно было бы продемонстрировать рационально или экспериментально. Ее методы эфемерны, чего не было бы, будь они действительно научными.

Доктор Шелтон — не сторонник тех, кто считает, что ученые не могут приносить вреда. Он не верит в безгрешность ученых. Он не верит, что наука — это область совершенного знания, что все ее факты — действительно факты и все ее теории и гипотезы верны. Он не верит, что все ее технические приемы — наилучшие, а вся практика — хорошая. Многое делается, говорит он, „от имени науки", и это находит „подтверждения" среди многих „ученых", что наверняка является злом. Избавлением от всего этого может быть „больше науки", но только если мы определим науку как истину и признаем, что если это не истина, то и не наука.

„Экспериментальный метод" со всеми его признанными недостатками захватывает ум современного человека в порочные тиски. Влияние „метода" на человека не становится слабее, несмотря на очевидный факт, что такой „метод" и довел человечество до жалкого состояния. Мы продолжаем широко и смиренно, безоговорочно, во многих случаях по незнанию, подчиняться вредной практике, порожденной „экспериментальным методом".

„Пусть меня не поймут так, будто я отвергал любую ценность экспериментального метода. Я выступаю лишь за переоценку его результатов и ситуации, в какую вовлекли нас его результаты. Ибо туман иррациональности, окружающий нас сегодня, вероятно, не имеет прецедента в любом другом периоде человеческой истории," — писал Г. Шелтон.

Наука есть не что иное, как безбрежное искусство, использующее материю окружающего нас мира, из которой формируются и его мыслящие дети. Но наука — это и связи, отношения, интеграция, обобщение фактов, законов и классификаций. Она делает упор не на простое суммирование фактов и знаний, а на выявление необходимых безграничных связей между огромным количеством фактов, составляющих структуру науки, и законами, организующими эту структуру. Приводят слова Эйнштейна: „У науки нет предела". И под наукой понимают нечто вроде промежуточного отчета об исследовательских процессах, которые имеют свои истоки в туманном прошлом и будут продолжаться неопределенно долго в будущем. Поиски будут продолжаться столь долго, сколько будут существовать ученые, стремящиеся к „объективной истине". Об этом же свидетельствуют частые заявления ученых, что все их выводы являются „примерными" и подлежат изменениям или отрицанию по мере дальнейших открытий. Поскольку ученые делают открытия и раскрываются новые факты, мы должны их приветствовать. Но, к сожалению, с новыми истинами борются усилиями Голиафа. Новые истины мешают образу, который создан нами о самих себе. Мы слишком горды, чтобы признать, что были неправы в прошлом, когда новые истины отвергаются из-за высокомерия, или помешать уничтожению этим высокомерием какой-то „выгодной" деятельности. Было бы интересно исследовать в истории науки причины, почему большие группы фактов отвергались, например, почему была так сильно огорчена Римская Церковь тем, что Земля вращается вокруг Солнца, а не Солнце вокруг Земли, почему иные люди и сегодня считают, что Земля плоская, и т.д.

Люди в наш век быстро утрачивают доверие к медицине. Каждый номер современных журналов и газет содержит все новые сведения об опасностях приема определенных лекарств. Несомненно, медицина обладает большими знаниями. Но в наш век, который сам быстро учится, люди ищут здоровье в другом месте. Что толку от больших знаний, если то, что вы узнали, не является истиной?

Медицина с самого начала основывала свою практику на ложных принципах, поэтому и выбросила прочь физиологию, отравляя больных патентованными лекарствами и средствами. Не ищем же мы тепло на айсберге! Так почему же искать здоровье в ядах? Сделаем наши принципы четкими: источник здоровья — в здоровых воздействиях и в здоровых средствах. Лекарства же, которые все являются ядами, не относятся к факторам жизни, приносящим здоровье. Врачи прописывают лекарства в соответствии с методами, распространенными в период их обучения в колледже. Ко времени его окончания новые лекарства уже вытесняют старые, заставляя врачей получать информацию от фармацевтических компаний. Тем самым врач вовлекается в очень опасную и смертельную практику. Пока он не применит лекарство, он не узнает его побочного действия. И он вынужден рассчитывать на точность и честность фармацевтических компаний. Но эти компании не собираются идти на новые расходы для проверки новых лекарств более, чем это для них необходимо, и они не оповещают врачей о всех побочных действиях своих лекарств, пока их не заставит сделать это перегруженная заботами Администрация по лекарствам и продовольствию.

В журнале „Тайм" от 16 февраля 1968 года была опубликовала статья о летальных исходах от хлоромицетина. В статье подчеркивалось, что компания была вынуждена сообщить об этих фактах врачам вместо того, чтобы предупредить честно о них с самого начала. В статье говорилось: „Компания „Парке - Дэвис" агрессивно проталкивала свой препарат, в то время как она должна была умерить свою рекламу и давать предупреждения. Было установлено, что это лекарство, как и другие, вызывает апластическую анемию, и тем не менее оно прописывалось врачами от легких заболеваний, которые согласно медицинским авторитетам не поддавались действию антибиотиков".

Врачи научились отравлять больных лекарствами и больше ничего не умеют. Помимо этого за каждое лечение, как известно, выплачивается хороший гонорар. И если вы питаете иллюзию, что медицина состоит из настроенных альтруистически и филантропически джентльменов с хорошими манерами, то вы поистине наивны. Вся их прививочно - лекарственная практика — это огромный коммерческий заговор против людей. И если вы считаете, что это был и остается лучший из всех возможных миров, если вы столь тонкокожи, что стараетесь уйти от жестокости и суровой реальности вашего настоящего и прошлого времени, то этот рассказ не для вас.

Врачи осуждают Гигиену по той причине, что раз ее больные учатся жить разумно, то в них больше нет необходимости. Но такое их осуждение Гигиены является величайшей ей похвалой. Действительно, если врачи смирились с Гигиеной, значит, мы можем быть уверены, что в ней есть что-то полезное. Осуждение Гигиены медиками не отвергает ее состоятельности.

Врачи обычно дискредитируют открытия, сделанные при гигиеническом уходе, и утверждают, что они нереальны. Они признают как настоящие лишь те редкие случаи выздоровления, которые имеют место при лечении лекарствами, и, похоже, представляют воображаемыми страдания тех, кто обращается за помощью куда-либо кроме медицины. В этой сфере они разработали утонченную технику самообмана и без колебаний пытаются передать этот обман широкой публике. Разве возможно, что человек, много лет страдавший от астмы или артрита, может ошибаться, чувствуя, что теперь он свободен от страдании? Разве он может ошибаться, чувствуя, что в течение многих лет до принятия Гигиены, несмотря на пробы многих видов лечения, он так и не выздоровел? Фактически же ему становилось все хуже, несмотря на все предпринятые им лечения. Разве иллюзия для него думать, что как только он использовал естественные факторы для оздоровления,

Разумный человек не нуждается в большом количестве аргументов, чтобы убедить себя, что нормальные элементы жизни, которыми поддерживается жизнь и сохраняется здоровье,— это те элементы, которыми можно и восстановить здоровье. Он сразу воспринимает, как абсурд попытки восстановить здоровье с помощью антагонистов жизни. Те, кто бежит к врачу с каждой болячкой и болью, делает это за счет своего здоровья. Чаще всего побочные действия от лекарств хуже самой болезни, от которой они принимаются. Лекарства производят больше вреда, чем даже тот вред, который перечислен в списке побочных явлений и ятрогенных болезней, и часто являются единственной причиной неудачи при восстановлении здоровья.

Лекарственная медицинская система имеет в своем распоряжении всю свободную рекламу, какая только требуется, ее практику и надуманные успехи превозносят все средства массовой информации. Но это не делает медицину истиной. Верить лекарственной медицине означает видеть вместо предмета тень, это означает ошибочно принимать похвалу за суть, слова за смысл, большой шум за большой принцип.

Врачи прописывают лекарства, чтобы подавить симптомы и чтобы больной продолжал свой обычный образ жизни, испытывая как можно меньше боли и дискомфорта. Но при этом они не отучают пациента от привычек, вызывающих болезнь. Вследствие этого, поскольку причина остается, состояние больного прогрессивно ухудшается. Больной не осознает этого патологического прогрессивного ухудшения, пока морфологические изменения не станут столь большими, что ему уже невозможно вообще восстановить здоровье.

Доктор Шелтон говорит: „Медики не учат людей как жить. Наоборот, они пичкают их лекарствами, которые являются антагонистами жизни и функций живого организма. И если эти вещества могут и не разрушать саму жизнь, то все равно здоровье сильно нарушается. Чтобы разрушить и заменить эту ложную и чреватую фатальными последствиями систему, нам нужна армия учителей, которые обучали бы народ истинной науке жизни. Распространение правды уничтожит все ложные системы".

Гигиенистам предстоит большая работа. Прежде чем они смогут обучать истинной науке жизни, они должны выкорчевать из умов своих учеников их ложные медицинские теории и предрассудки. Обычаи, привычки трудно ломать. Многим людям очень неприятно видеть, как низвергаются установившиеся в течение длительного времени привычки, а любые предрассудки сводятся на нет, даже когда этим и достигается большое добро. Доктор Шелтон говорит, что он не старается угодить плохим ученикам. Он считает, что каждый человек, который так или иначе вступает в контакт с Натуральной Гигиеной, должен знать о простых жизненных вещах. „И если, — заявляет он, — они столь ленивы, что не пытаются узнавать о простых жизненных явлениях, если они неспособны и не хотят думать, если они столь оглуплены, что их головы отказывается функционировать, мы не сможем просветить их лозунгом „здоровье — с помощью здорового образа жизни". Даже тех больных, кто, однажды освободившись от наиболее разрушительных симптомов, возвращаются, подобно собаке к конуре, к своей прежней чувственности и излишествам, нельзя спасти от судьбы, которую они сами себе уготовили".

Я видела, как одна из пациенток радостно вскрикнула при виде меню на банкете, где был ее муж, хотя до этого у нее было много банкетов, которые и довели ее до тяжелого состояния и привели ее в „Школу здоровья". О, как же не хочется отказываться от привычек, вызывающих болезни! Многие скорее будут продолжать игнорировать законы жизни, чтобы можно было нарушать их без сожаления.

Но не так далеко то время, как может показаться, до великой битвы, в которой всеобщие силы Гигиены столкнутся с силами Медицины, чтобы добиться победы. Современная медицина уже проявляет слабые сигналы беспокойства и страха. Медицина стала демонстративно хвастать о своих „достижениях", которые все доказали свои такие ужасные провалы, что даже ребенок может распознать колоссальную пустоту ее бахвальства, как и убийственность ее практики. По словам доктора У. Филиппса, „мы испытываем ощущение, будто мы — тени перед огромными институтами, и склонны задаваться вопросами — а что могут сделать несколько тысяч человек против всесильного правительства, против влияния прессы, против огромного превосходства большинства, против силы проповедников и многих партий, против всемогущества богатства. ...Но где бы вы ни встретили десяток честных людей — сторонников новой идеи, это означает, что вы встретились с началом революции. Революции не делают. Они приходят. У революции такой же естественный рост, как и у дуба. Она вырастает из прошлого, ее основы закладывались давно. Как ребенок, чувствующий, что вырастает в мужчину, который размышляет. А потом кто-то высказывается, и тогда мир принимает его идею к действию. Такова история современного общества".

Такой же будет и Гигиеническая революция. Гигиенисты - пионеры были мыслителями. Доктор Шелтон превратил их идеи в последовательную науку, и скоро мир примет эти идеи. „Мы должны быть храбрыми, — говорит он. — Наши враги приобретают силу только тогда, когда мы сами теряем ее. Смело встречайте их, и мы победим. Отступим перед ними - и мы проиграем. Даже если мы нанесли хотя бы один хороший удар по старым мерзостям лечения больных ядами, то и тогда мы работали не напрасно".

Доктор Шелтон сделал ясной свою позицию в одном из величайших движений в истории человечества. Он потратил 48 лет своей жизни на труды по Гигиене. Поэтому его позиция столь аргументирована. Гигиена не должна быть вновь похищена и утаена медициной, как это произошло в 80-е годы прошлого столетия. Тогда практикующие гигиенисты сложили меч, считая, что они уже победили и что медицина приняла Гигиену. Но это было заблуждение. Меч был сложен слишком рано. И доктору Шелтону предстояло возобновить борьбу. Он посвятил свою жизнь изучению и пропаганде Натуральной Гигиены и показал, что медицина и Гигиена — антагонистические силы. Они не могут сосуществовать. Гигиена отвергает медицину. А поскольку истинная реформа всегда идет вперед и революции некогда не отступают, грядущей Гигиенической революции не остается ничего другого, как идти вперед. И когда наступит ее момент, она со скоростью снежного вала превратится в Здоровье для Миллионов. Сияющий свет Гигиены разрастается, разгоняя нездоровый туман преследований, невежества и предрассудков. Силы возрождения очищают человеческое общество, а всеобщее признание Гигиены приведет человечество к здоровью. Гигиенисты не должны терять надежду. Мы верим, что правда, в конечном счете, восторжествует. Мы думаем, что, подобно тому, как Солнце всходит, так и принципы Гигиены будут признаны в качестве истинных принципов жизни, а практика старых школ так называемой медицины будет отброшена и в конце концов предана забвению.

Можно иметь знания о здоровом образе жизни. Но только при их правильном применении во имя совершенствования и счастья человека знания становятся силой. Знания в этой книге.

Нам необходимо обрести самоконтроль над собственным образом жизни и контроль над нашей загрязненной окружающей средой, чтобы гарантировать безграничное здоровье Нам больше всего надо использовать источники информации и огромный запас тщательно накопленных знаний для созидания лучшего будущего. Для достижения этой цели нужны всего две вещи — мысли и средства. Столетия нужды, насилия и отчаяния вызвали к жизни мечту о лучшем будущем. Средства — в наших руках, они — в быстром росте знаний, в блестящих открытиях науки, в большой силе техники в мощи и экономичности соединения и объединения.

Над землей разгорается рассвет новой эры человеческого общества!



О Вирджинии В. Ветрано,

ближайшей сподвижнице Г. М. Шелтона*



Доктор Вирджиния Ветрано заинтересовалась Натуральной Гигиеной в возрасте 18 лет. Гигиенические истины вдохнули желание освоить эти чудесные знания. В дальнейшее шок от ранней смерти своего отца послужил ей стимулом для расширения знаний о здоровье и методах лечения, в результате чего она и стала доктором гигиены, писателем и лектором.

После окончания колледжа хиропрактики в 1965 году она стала руководителем и одновременно лечащим врачом Школы здоровья доктора Шелтона. Там она успешно провела через голодание десятки тысяч больных. Несмотря на диагнозы как неизлечимо больных, почти все они поправились, поддерживая затем свое хорошее здоровье. С 1956 по 1980 год Ветрано была редактором и соавтором журнала „Гигиеническое Обозрение доктора Шелтона".

В 1981 году она организовала Информационную Службу Здоровья, осуществлявшую уникальную деятельность почтово-телефонной связи. Несмотря на отдаленность в тысячи километров, многие клиенты этой Службы восстановили свое здоровье на основе такого почтово-телефонного обучения Законам Природы и их соблюдению при разных жизненных обстоятельствах. Ветрано продолжает активную практическую и лекционную работу, проведя множество семинаров в США и Канаде. Ветрано — самая верная и последовательная сторонница доктора Шелтона. Когда она излагает Законы жизни, вас неотразимо трогает ее энтузиазм в отношении Натуральной Гигиены. Она четко разъясняет принципы Натуральной Гигиены, прекрасно разоблачая распространенные ложные идеи, так что остается только одна истина — ясная, чистая, логичная.

Доктор Ветрано показывает, что у вас может быть интересная жизнь через знание, понимание и применение Законов жизни. «Невероятно просто, — говорит она, — жить так, чтобы всю жизнь поддерживать прекрасное здоровье. Это может сделать каждый, ибо это проявление инстинкта». Из ее лекций вы также узнаете, как в случае утраты вашего здоровья восстановить его путем использования тех же простых факторов и воздействий, которые и делают вас здоровыми. Многие подтверждают, что они чувствуют себя энергичнее и счастливее, нежели даже в молодости, лишь просто придерживаясь гигиенического образа жизни. Вы также омолодите себя, на практике осуществляя принципы провозглашаемые доктором Ветрано и помогающие вам очистить ваш организм от многих отходов. Слушая доктора Bетрано, вы полюбите истины, которым она нас обучает, в частностистности, относительно голодания и его применения для омоложения и восстановления энергии, а иногда даже и для спасения самой жизни. Вы узнаете и о том, как вам не следует больше бояться болезней, вызываемых микробами и вирусами. Лекции В. Ветрано надо слушать вновь и вновь. И чем больше вы их слушаете, тем больше понимаете, сколь чудесна простота Натуральной Гигиены и как ее применение может сделать вас здоровым и счастливым.
| >>
Источник: Герберт М. Шелтон. Ортотрофия: Основы правильного питания и лечебного голодания. 2002

Еще по теме Предисловие:

  1. ПРЕДИСЛОВИЕ
  2. Предисловие
  3. ПРЕДИСЛОВИЕ
  4. ПРЕДИСЛОВИЕ
  5. Предисловие
  6. ПРЕДИСЛОВИЕ
  7. ПРЕДИСЛОВИЕ
  8. ПРЕДИСЛОВИЕ
  9. Предисловие
  10. Предисловие
  11. ПРЕДИСЛОВИЕ
  12. Предисловие
  13. ПРЕДИСЛОВИЕ
  14. ПРЕДИСЛОВИЕ
  15. ПРЕДИСЛОВИЕ
  16. ПРЕДИСЛОВИЕ
  17. ПРЕДИСЛОВИЕ
  18. Предисловие
  19. ПРЕДИСЛОВИЕ