ЧЕЛОВЕК, УМЕЮЩИЙ УБЕЖДАТЬ

Мы уже говорили: чтобы следовать рекомендациям, свя­занным с таким сложным заболеванием, как рак, нелишне узнать подробности о человеке, который эту уни­кальную диету разработал, да еще и проверил ее на себе.

Вот теперь мы о нем и расскажем, возвращаясь при этом к теме, которой он посвятил практически всю свою жизнь.

Вульф Ласкин родом из Белоруссии, из города Витебс­ка, родины известного художника Марка Шагала. Разуме­ется, о своем знаменитом земляке Ласкин узнал уже после войны, когда стал студентом Витебского мединститута. Но сначала была война, эвакуация в далекую Курганскую об­ласть, возвращение в Витебск, который по степени разру­шения был похож на Сталинград, завершение учебы в шко­ле, а затем мединститут, в том же разрушенном городе.

А потом районная больница в Мстиславе, Могилевской области, где пришлось из-за нехватки персонала стать вра­чом широкого профиля: был и педиатром, и судебным мед­экспертом, и хирургом, и патологоанатомом. А врач этой специальности ищет истинную причину смерти, подтверж­дая или опровергая диагноз, поставленный его коллегами больному. На это ушло еще десять лет жизни, но Ласкин не считает их потерянными. Кажется, даже наоборот: это ра­зожгло в нем здоровую злость. Представляете, чего за столько лет может насмотреться патологоанатом? Это не только

врачебные ошибки, но и многочисленные примеры нашего с вами легкомысленного, мягко говоря, отношения к свое­му здоровью.

Увы, уже непоправимые.

А ему хотелось именно поправлять и направлять паци­ента в правильное для его состояния русло. У него уже был приличный опыт.

К тому времени Ласкин перебрался в Калужскую об­ласть, откуда родом его жена. И здесь в его карьерном рос­те произошел вполне неожиданный скачок, а повинен в том стал не кто-нибудь, а сам Никита Сергеевич Хрущев.

Не прямо (они, естественно, незнакомы), а косвенно. Став первым человеком в стране, Никита Сергеевич как-то приехал в «Артек» познакомиться с современным юным по­колением. И рассказал детям о своей первой учительнице. Память у партийного вождя на имена-фамилии оказалась отменной, а потому через пару дней Лидию Михайловну Шевченко знала вся страна благодаря радио и газете «Пио­нерская правда». Но где она живет, да и живет ли? В Калуге передачу услышал директор одной из школ и тут же позво­нил в обком партии: «Работала Шевченко у нас, сейчас на пенсии, ей уже за 80, адрес известен». Из обкома звонок в Москву, в ЦК, и через пару часов у порога дома первой учительницы первого человека в стране уже стояли две «Чай­ки», и она в сопровождении дочери поехала на встречу с именитым учеником.

А дочь учительницы, Клеопатра Николаевна Шевченко, руководила, между прочим, горздравотделом Калуги, и, ког­да Хрущев напоил семью чаем с печеньем, он, как человек благодарный, поинтересовался, чем может помочь Калуге. Обратите внимание: помочь не любимой учительнице или ее детям, а городу, в котором они обитают. В том, видимо, и заключалась в те времена национальная идея — обустро­ить жизнь для всех, тогда и отдельной личности будет хо­рошо. Теперь, кажется, тенденция развернулась на 180 гра­дусов — что хорошо индивидууму, то хорошо и державе. Идея перспективная, но с ее реализацией пока не совсем получается.

Клеопатра Николаевна скромно попросила для Калуги современную поликлинику, которая и была построена в ре­кордные сроки — за два года. И не просто поликлиника, а огромный клинический комплекс. Никита Сергеевич спе­шил, будто знал, что через пару лет его отправят на пенсию. Вот сюда и пришел наниматься на работу 29-летний доктор Ласкин. На скромную должность патологоанатома. А ему предложили стать главным врачом. Оценен, впрочем, был не многопрофильный опыт Ласкина, а его принадлежность к компартии.

А опыт, конечно, пригодился, поскольку в новой кли­нике на 54 штатные единицы в наличии оказалось всего 14 физических лиц, выражаясь современным экономичес­ким языком, то есть чуть больше десятка врачей, и Ласки­ну некоторое время пришлось все дыры закрывать своим не таким уж могучим телом.

Конечно, его заметили, пригласили в Москву, где он пять лет проработал в Сокольническом райздравотделе. И быть бы ему до конца жизни чиновником от здравоохране­ния, но деятельной его натуре было тесно в кабинете, про­пахшем казенными бумагами. И когда в одном из районов Москвы организовали онкологическое поликлиническое от­деление, он этот уютный кабинет покинул без сожаления. Позже эти отделения стали диспансерами.

Пройдет время (больше 30 лет!), и его руки пропустят свыше 13 тысяч пациентов, страдающих этим страшным не­дугом — раком. Он многое поймет, узнает, вычитает, а по­началу сразу бросился в ведущую онкологическую клини­ку, институт имени Герцена, с единственным вопросом: «Как не надо лечиться, я знаю, подскажите, как надо». С теми же вопросами обращался в онкоцентр на Каширке и уговорил двух ученых вести что-то вроде семинаров в своем диспан­сере. И читал, читал. В райздравотделе вопрос поставил реб­ром: «Работать начинаем в 9 утра, прием с 11. Два часа читаем, ведь только наших, отечественных работ по онко­логии публикуется 1200 в год! Это же какое богатство». И его поддержали; оказывается, и среди чиновников случают­ся разумные люди.

Ласкин одним из первых в Москве понял, что его паци­енты нуждаются и в психотерапевтическом воздействии, и сам прошел программу усовершенствования у профессора Рожнова. Там, в диспансере, он начал серьезно заниматься проблемами лечебного питания. Питания в принципе, так сказать, для здорового образа жизни, и для онкологических больных в частности.

Уже на первом этапе он сформулировал для себя нечто вроде обязательных правил из пяти пунктов:

1) обязательно включать в диету сырые продукты;

2) минимум тепловой обработки;

3) исключить из потребления консервированные про­дукты;

4) обязательно включать в рацион пищевые волокна, добиться нормальной работы кишечника;

5) употреблять очищенную воду.

По мнению Ласкина, особое отношение больных раком и тех, кто к этому заболеванию предрасположен, должно быть к потреблению жиров. Прежде всего следует снизить потребление жиров до уровня не более 30% от общего по­требления калорий, а в дальнейшем и до 10%.

Напомним, 1 г жиров содержит 9 ккал, 30% — это 57 г для диеты в 1700 ккал, 67 г для 2000 ккал и т. д. И еще: самая постная говядина содержит 15% жира. К тому же 100 г мяса — это 40 г чистого белка. После 22 лет норма потребления белка для женщин — 45—50 г, для мужчин — 60 г. «Этому стоит следовать с юности, — считает Ласкин. — А вот американец съест в один присест граммов 300 мяса и получит все с избытком. В среднем американцы потребля­ют животного белка в 5 раз больше нормы! Отсюда многие их беды».

Вы спросите, отчего российский доктор Вульф Ласкин так переживает за американцев? Нет, он не переживает, он, как врач, наблюдает и делает выводы. Просто шесть лет назад уехал в США к сыну, который там обосновался уже давно. Мы ведь не американцы, у нас особая тяга жить семьей — дети, внуки, а то, если повезет, и правнуки. В бытовом плане, разумеется, теперь у него мало забот. Но, мне показалось, он тоскует, тоскует по работе. Ведь еще совсем недавно у него хватило терпения, сил, настойчивос­ти доказывать своим коллегам — онкологам столицы (а их больше четырех сотен) важность питания для раковых боль­ных. И ведь доказал (пусть далеко не всем) и в теории, и на практике. Кстати, Владимир Царев из Обнинска, с которо­го мы начали рассказ о докторе Ласкине, отыскал его по телефону в Нью-Йорке после двух лет следования злаковой диете. Он сказал, что прошел полное обследование в онко­центре на Каширке, рак у него не обнаружен и он практи­чески здоров.

Вообше о культуре питания Вульф Абрамович может говорить часами. Что-что, а убеждать он умеет:

— Я как-то попал на конференцию по раку молочной железы, она проводилась в Париже. По завершении пошли с соотечественниками в ресторан, да так заказали, стола не хватило для закусок, дорвались, что называется. А рядом обедал француз — блюдечко салата, кофе, омлет из поло­вины яйца! Поинтересовался у официанта: кто такой? Весь­ма состоятельный человек, всегда здесь обедает. И знает цену здоровью. А мы совершаем первое преступление, ког­да заставляем ребенка доедать «до чистой тарелки». А он идет в школу с набитым желудком, у него контрольная работа, он хочет получить хорошую оценку, напрягает па­мять, нервную систему — и пищеварение прекращается! С введением более сложных программ в школе пошли язвы желудка, двенадцатиперстной кишки, ожирение, а ведь туч­ный человек — уже больной. Вспомним, животное никто не учит, оно инстинктивно находит материнский сосок. Сытый волк не пойдет охотиться. А человек питается по часам, тогда как нужно не питаться, а утолять голод. Польский диетолог Оскро-Гелло еще в конце XIX века пи­сал, что пища без мяса, молока, яиц для человека оздорови­тельна, ведь мы — плодо-траво-злакоядные животные. Пи­таясь, скажем, одной гречкой, наш организм получает са­мые полноценные белки. А уже упоминавшийся нами япон­ский ученый Жорж Озава отмечал, что при таком питании все болезни уходят из организма, как старая штукатурка осыпается со стены здания.

Белок — пластичный материал, потребность в нем зависит от возраста. По программе Всемирной организации здра­воохранения необходимое количество белка для женщин пос­ле 35 лет — 0,32 г на килограмм их веса (идеальный вес — рост минус сто, беру этот показатель, хотя сейчас есть и другие), для мужчин — 0,37, плюс 12 единиц для людей физического труда. Нормы Российского института питания почти в два раза выше. Я понимаю, отчего это происходит. Мы всегда голодали, начиная с Первой мировой войны, а когда появилась возможность питаться правильно и рацио­нально, постоянно переедаем. Говорю о тех, у кого такая возможность имеется.

Прочитал на сайте одной из российских газет: в стране за 6 месяцев 2005 года произошло более 40 коллективных голодовок. Люди ведут борьбу за свое заработанное, факт для страны печальный и настолько же позорный. И тут же специалисты пугают голодающих: нарушаются обменные про­цессы, организм поедает сам себя, происходит интоксика­ция мозга, печени, почек. Но ведь это голодают люди, до­веденные до отчаяния, это отнюдь не лечебное голодание! Но и здесь страхи, безусловно, преувеличены по понятным мотивам. Не стану рассказывать, как входить в лечебное голодание и как из этого состояния выходить, знаю, об этом много написано. Напомню о нашем страшном про­шлом, блокаде Ленинграда. В 70-х годах я работал в 53-й больнице Москвы с профессором Кусевицким. Во время блокады по заданию Наркомздрава он был самолетом пере­правлен в осажденный город и проработал там до конца войны. Кусевицкий обследовал более 2000 умерших, ни один из них не умер от болезни, все от дистрофии! Болезни вер­нулись, когда жители получили еду. Повторюсь, это страш­ное, но, увы, неопровержимое свидетельство.

Но хватит о грустном. В 35 лет мне пророчили от силы 7 лет жизни, я страдал наследственной болезнью — подаг­рой. Так вот, я пять лет не ел никакого животного белка, несколько лет голодал по одному-двум дням в неделю, со­рок дней в экспедиции по Тянь-Шаню просидел на одной гречке. И в завершение — две недели полного голодания. Только вода, ежедневно душ и клизма. Вот таким образом я и подарил себе более четверти века жизни.

Задать вопрос врачу онлайн
<< | >>
Источник: Добкин. В.. Антираковая диета доктора Ласкина. 2006

Еще по теме ЧЕЛОВЕК, УМЕЮЩИЙ УБЕЖДАТЬ:

  1. Жизнь человека, не умеющего думать
  2. Жизнь человека, умеющего думать
  3. Овладение практикой убеждающего воздействия
  4. Модель убеждающего воздействия
  5. Стратегия, тактика и техника убеждающего воздействия
  6. Убеждаю себя, что не ухожу от мужа только пото­му, что он пропадет без меня. Не глупо ли это с моей стороны?
  7. Лекция № 5 Тема: Физиология организма человека. Стресс, его роль в адаптации человека к социальной и трудовой деятельности.
  8. Значение жиров, углеводов и минеральных веществ в питании человека. Нормы этих компонентов пищи и источники их поступления в организм человека
  9. «Акме», профессионализм и социальная адаптация человека: периодизация развития и типологии социальной активности человека
  10. Как помочь человеку, который собирается разво­диться, не чувствовать себя виноватым? Речь идет о человеке, состоящем в браке пятнадцать лет и имеющем двух детей восьми и пятнадцати лет.
  11. Как следует вести себя с больным человеком, кото­рый использует свою болезнь для того, чтобы вы­звать любовь к себе? Я чувствую себя беспомощ­ным, так как хочу помочь этому человеку, но он ни во что не верит.
  12. Питание как фактор сохранения и укрепления здоровья. Физиологические нормы питания. Значение отдельных компонентов пищи в питании человека. Значение белков в питании человека, их нормы и источники поступления в организм
  13. Обыкновенный «черный человек»
  14. Вши человека
  15. Представление человека о собственном мозге
  16. Внутренние условия достиж человеком акме
  17. Всеяден ли человек?
  18. Проблема человека.
  19. Обыкновенный «черный человек»